По-другому

Здесь караванщики, изможденные долгим переходом, могли отдохнуть, поесть вкусной рыбы, попить вдоволь молока и развлечься в кругу красавиц. Пришли ли эти книги с этими караванами или евреи принесли их с собой, прямо из Ирана точно не скажет никто. Но другого пути для них сюда я не вижу. Позже русские князья разгромили Итиль. А к тому времени евреи надоели уже и местным жителям которые и не собирались их защищать. Евреи ушли, а книги были сохранены и каким-то образом в конце концов –как я думаю попали в Казань. А уже оттуда они еще более загадочным способом попали в этот монастырь.

-он замолчал – Конечно это только мое предположение, но другого способа я не вижу.

– Это конечно очень интересно, -начал я после большой паузы. –Но, что нам теперь со всем этим делать. Иван пропал. Если книги ищут, то могут выйти на нас.

–Кто ищет? – спросил Павел.

– Ну, я не знаю. Его отец или дядья приедут. Они все-таки поймут, сколько это будет стоить и приедут. Будут искать и, если даже отец и не скажет им правду где Иван сейчас, вопросы к нам могут возникнуть.

Этого надо ждать. – Мы еще долго сидели за столом у стены размышляя к чему может привезти эта история

– А с чего ты взял, что в книге обсуждаются вопросы, которые раскрывает Гурджиев в своей системе? – задал я в конце беседы вопрос, который больше всего удивил меня.

– Я думаю, что книга по философии, вернее по устройству и мира, и человека это книга с теми темами, которые всегда уважали и ценили в Иране. В них, как и в книгах Гурджиева будут обсуждаться одни и те же вопросы, и эти рассуждения может лишь показались мне похожи.

Только и всего. Наверное, это так. Но согласись удивительно видеть такую схожесть подхода к этим вопросам сейчас, в двадцатом веке и тогда в веке десятом?

Время шло. Никакой прямой связи текст с учением Гурджиева конечно же не имел, но философское или эзотерическое содержание делало перевод более трудным и долгим. А может и тот, кто взялся переводить, не имел для этого нужных компетенций и больше делал вид что переводит, поэтому через месяц мы решили прекратить попытки перевести книгу.

Вообще, идея привлечения к переводу постороннего человека казалась мне очень опасной, и я не понимал, как Павел так легко пошел на это. Сейчас это я бы объяснил тем что мы как люди, воспитанные в советском обществе, еще не поняли, что все уже изменилось и теперь возможность больших денег преодолеет любые затруднения, как в моральном, так и материальном мире.