Деревня у мертвого леса

У Паши вдруг резко и сильно заболела голова, и его начало тошнить. Обливаясь холодным потом, он молился о том, чтобы тот, кто находится в комнате, поскорее убрался оттуда. Каждая секунда казалась для парня вечностью, он старался дышать как можно тише, чтобы его никто не нашёл. Он понял, что ему не хватает воздуха в этом шкафу.

Внезапно Паша ощутил мерзкий запах гнили, от которого его начало тошнить ещё сильнее. Было ощущение, что его источник находился где-то совсем рядом. Паша прислушался, но совершенно ничего не слышал – от такой гробовой тишины у него даже зазвенело в ушах.

Головные боли стали ещё сильнее, и парень рефлекторно хотел взяться рукой за голову, но когда он начал поднимать руку, она упёрлась во что-то холодное. Волосы на голове Паши встали дыбом. Он пытался понять, с чем столкнулась его рука, и в эту секунду это что-то зашевелилось в шкафу рядом с ним. Движение сопровождалось звоном колокольчика, который прозвучал буквально у него под ухом.

Паша в ужасе вылетел из шкафа и, увидев, что в комнате, оказывается, никого нет, рванул к входной двери.

Что-то из шкафа схватило его за рукав кофты, но он вырвался и помчался на улицу. Стон отчаяния сзади только придал ему сил, чтобы бежать быстрее.

На выходе Паша столкнулся с дедом и Максимом, держащим в руках горящую керосиновую лампу, излучающей почему-то ярко-синий свет.

– Скорее, – дед вытянул внука на улицу, где всё ещё был непроглядный туман, выхватил у Максима лампу и забежал в дом. Паша хотел убежать оттуда подальше, но его руку крепко схватил Максим, сказав:

– Стой, куда ты бежишь? – он внимательно посмотрел на Пашу.

 – Тем более от них-то… Заходим обратно.

Максим завёл до смерти перепуганного Пашу в дом и закрыл дверь. Из спальни послышался громкий стон, который затем перешёл в крик, а потом и вовсе резко оборвался.

– Ты как? – в проходе показался дед с лампой в руках, теперь уже потухшей.

– Я?.. Что это… – Паша заикался и не мог ничего толком сказать.

– Идём, ещё чаю выпьешь.

– А ему ж ещё тебя предстоит заменить, – печально сказал Максим, когда они вдвоём с Пашей сели за стол, который до этого был опрокинут на пол.

Дед в это время собирал упавшую посуду и убирал осколки той, что разбилась.

– Это только первый раз, – задумчиво ответил дед, поднимая с пола оставшийся целым очередной стакан. – Со временем привыкнет.

– Я прятался в шкафу, а потом… колокольчик… я пытался от него убежать, – постепенно приходя в себя, смог сказать Паша.