Красный город. Певец-2

– Ну, ну, не стоит благодарности, – сказал невозмутимо толстяк, отодвигаясь от слюнявых поцелуев. – Сначала дело…

– Это ты намекаешь, что я не справлюсь?

– Неплохо было бы проверить…

– Хочешь проверить? – оскорбился Бидол. – Вот я тебе сейчас физиономию начищу, будет считаться проверкой?

Манор с подчёркнутым уважением воскликнул:

– Верю! Мне и нужен такой смельчак!

– Не боись, мы их изловим в два счёта! – смягчился Бидол.

Пошатываясь, горожанин отправился к стойке кабатчика. Там он смачно рыгнул и застучал по столешнице, привлекая внимание:

– А ну-ка, кто тут храбрый?

– Эй, Бидол, что разорался? – пренебрежительно откликнулись из противоположного угла.

– Знал бы ты, в чём причина, так первым бы бежал ко мне! – злорадно заметил на это Бидол. – Небось благодарность от нашего короля Виллема никому не повредит.

– Да в чём же дело?

– Я знаю, где можно изловить настоящих бунтовщиков.

Кабачок взорвался хохотом.

– Хм, на ту ли лошадку я поставил? – вполголоса спросил себя вернейший слуга «быстрого ястреба» Кенелма.

 – Неподходящая у этого типа репутация…

Тем не менее несколько искателей приключений всё же нашлись. Бидол вернулся к толстяку.

– Только, уважаемый, половину оплаты вперёд, иначе никак.

– Совсем никак?

– Задарма они своей шкурой рисковать не согласны. Дело ведь непростое. Можно три раза погибнуть от разбойничьей руки.

– Правда твоя, – вынужденно согласился Манор и протянул ему небольшой мешочек с медными монетами.

 – Остальное получишь серебром, как договаривались. И не забудь о королевской благодарности!

– Об этом Вы лучше им расскажите, – пьяно ухмыльнулся Бидол и спрятал мешочек во внутренний карман своей куртки.

Импровизированный отряд насчитывал, помимо предводителя, ещё четверых. Манор некоторое время испытующе рассматривал не вполне трезвое воинство. Пара молодых увальней воинственно размахивала крепкими палками, найденными в каморке сторожа и предназначавшимися, вероятно, для мётел.

Двое других были вооружены чуть лучше: на боку у них болтались короткие мечи. В какой-то момент Манор вздохнул, однако выбирать не приходилось.

Ему пришлось безостановочно молоть языком, громоздя одну небылицу на другую и ложью подпирая ложь. Бидол и вояки прониклись воинственным духом до такой степени, что едва не накинулись на какого-то вполне мирного иностранца, вышедшего прогуляться. Тот необдуманно остановился и принялся рассматривать странную процессию.