Отражение тайны

Потом. Если… если будет это «потом».

Она закрыла глаза.

Будь что будет.

– Тигр, о тигр, светло горящий

В глубине полночной чащи,

Кем задуман огневой

Соразмерный образ твой?[2 - У. Блейк. «Тигр».] —

начала она.

Раздались хлопки.

Она открыла глаза.

Скамьи перед сценой уличного театра.

Ровно тринадцать рядов – она помнила это с детства.

На самом последнем сидел Доктор. Именно он и хлопал. Размеренно, чуть неуклюже, как старый механизм.

– Спасибо, – сказала она. – Но это еще не все.

– Вот видишь, – под маской усмехнулись. – Никто не пришел.

– Потому что я больше никого и не звала.

– Вот как?

– Да, именно так. А вы? Как вы узнали о том, что я уже тут?

Доктор не ответил.

– Вот видите, – покачала головой она. – Вы поняли. Вы это как-то поняли. Я надеюсь, что так же поймут и другие.

– А если нет?

– Значит, нет.

– То есть ты все это делала зря, – кивнул доктор.

– Нет, – снова покачала головой она. – Не зря.

– У тебя так мало жестов, – вдруг сказал он.

– Что?

– Так мало жестов. У тебя, – он поднял руку и покрутил кистью. – Ты пожимаешь плечами, киваешь, качаешь головой, и все. Да, кажется, все. У тебя больше нет жестов. Это очень плохо для актрисы, разве нет?

– Может быть, мне просто некому их показывать?

– А я?

– А вам тем более.

– Почему на гобелене именно тигры? – спросил Чумной Доктор с первого ряда.

Она моргнула, но не подала виду, что удивилась:

– Потому что я буду рассказывать о тигре.

– А почему о тигре?

– А почему бы и нет?

Доктор покачал головой.

– Я знаю, почему ты не заболела.

– Отчего ж?

– Ни одна бацилла не выживет в тебе. Она подохнет от скуки и тоски прежде, чем ты почувствуешь хоть какие-то симптомы.

– А вы научились шутить, госпожа Смерть.

Доктор дернул головой, словно хотел что-то сказать. Но она успела закрыть глаза:

– В небесах или глубинах

Тлел огонь очей звериных?

Где таился он века?

Чья нашла его рука?

Что-то зашуршало там, в мире за закрытыми глазами.

Она разлепила веки.

Человек, весь замотанный в тряпье, тяжело опираясь на клюку, ковылял через площадь к сцене. Добравшись до ближайшей скамьи, он тяжело упал на нее, но тут же поднял голову. И, кажется, приготовился слушать.

– Что за мастер, полный силы,

Свил твои тугие жилы

И почувствовал меж рук

Сердца первый тяжкий стук? —

продолжила она.

Люди.

Люди шли сюда.

Каким-то образом почуяв, прознав – они шли сюда.