Цеховик. Книга 1. Отрицание

 – Иди давай, дамский угодник…

Я повинуюсь, но сделав несколько шагов, поворачиваюсь и, соединив указательные и большие пальцы в виде сердца, прикладываю их к груди.

– Я сегодня снова в ночь буду, – хитро улыбается Таня.

Я киваю и иду к себе, но она меня окликает:

– Ой, Брагин, я забыла, тебе письмо тут.

– Письмо? – удивляюсь я.

– Ага, конверт. Тебе велели передать.

– Надо же, а кто?

– Не знаю, мужик какой-то, серьёзный такой, – объясняет она. – Вечером приходил.

– А чего же не отдала? Вдруг это с биржи срочные новости?

– Да иди ты, биржа.

– Спасибо.

Я беру письмо и иду в палату.

– Ты где пропадал? – спрашивает Платоныч с лёгкой тревогой.

– Да, – машу я рукой.

– Чего «да»? Где был, спрашиваю?

– Блин. С сестричкой болтал.

– Неужели? А на посту-то её не было.

– Ну… мы там… – уклончиво мычу я.

– Ох, и жучара ты, Егорка. Неужели ты правда десятиклассник? «Блин» ещё какой-то придумал. Чего принёс-то?

Я открываю конверт, подписанный карандашом: «Брагину».

– Смотри-ка, известие о перемирии, – восклицает Платоныч.

– Думаете, это не мир, а только перемирие?

– Ну а ты бы на его месте успокоился?

– Да у меня психология другая. Я в такой ситуации просто не смог бы оказаться. Я же не шпана, а нормальный советский школьник. Комсомолец, наверное. Только я не помню, у меня посттравматическая амнезия.

– Нормальный советский школьник про совок и слыхом не слыхивал.

– Не знаю, о чём это вы, – криво усмехаюсь я.

– Знаешь или нет, но ухо востро держи. Каховский на тебя зуб теперь имеет. Не сомневайся. При любом удобном случае попытается отомстить.

– Ну, не грохнет же, – беспечно отвечаю я, хотя и сам знаю, что всё сказанное Платонычем чистая правда.

– Надеюсь, – чуть дёргает он головой.

– Слушайте, Юрий Платонович, примите от меня, как знак внимания и дань уважения вот эту десятирублёвую бумажку с дедушкой Лениным.

– А ты, я гляжу, матёрый мафиози. Но, чтобы успеха достичь не жадничай, – назидательно говорит он.

– Блин, ну ладно, берите две. Вы же не на шухере стояли, а арбитром были. Это, наверное, дороже стоит.

– Оставь себе и вот тебе мой совет. Про то, как ты с Каховским обошёлся никому не говори. И сам забудь. Про то, что я там был тоже забудь. Понял?

– Да я уж и не помню, о чём это вы, – демонстрируя покладистость, соглашаюсь я.

– Ну и молодец.