Химера

 – Простым людям не удастся осмыслить, что такое ЛИМБ. Они лишь чувствуют, как страшная, непреодолимая сила уносит всё дальше и дальше их единственную дочь… Это немного похоже на смерть. Нам кажется, что человека больше нет, хотя он есть – только перешёл на другой уровень, так высоко, что обычное сознание перестаёт его воспринимать. И вот они ищут тебя, ищут – и не могут снова найти. И не смогут больше никогда…

Я в растерянности отпила остывшего чая. То, что Паша, как всегда, защищает Чернова, вовсе не удивляло, а вот с мёртвой до этого меня пока ещё не сравнивали.

Но, если подумать, то так оно и есть. Я ведь за эти полгода действительно успела умереть не только метафорически, но даже и разок по-настоящему.

– Твой папа же раньше так не пил?.. – парень повторно наполнил мою пиалу чаем. С новой заваркой аромат листьев раскрылся, и плотный черёмуховый запах поплыл по комнатке.

– Нет, – подтвердила я тихо.

– Это не совпадение. Всё то время, что ты училась в Питере, он ежедневно – да что там, ежечасно – волновался за тебя, не находя себе места.

Спасение нашлось в алкоголе. Если это не остановить, то такими темпами мама скоро потеряет и его – и что тогда? Она ведь сломается. Только представь себя на её месте! Ты думаешь, она железная? Нет, малышка, железная богиня – это у нас ты, – он поцеловал меня в лоб горячими от чая губами. – А твои родители – простые смертные, слабые люди. Пожалей их. Чернов зрит очень глубоко…

Я молча комкала в руках кофточку.

– Не одевайся.

Я сделаю тебе массаж.

Он достал из рюкзака маленький тюбик с массажным маслом и принялся катать его между ладоней, чтобы согреть. Всхлипнув, я уткнула нос в чашку. Ароматный цветочный пар жарким облаком ворвался в ноздри, убаюкал и успокоил. Мне захотелось задержать дыхание и оказаться сейчас где-нибудь на родине этого чая, у подножья туманных уишаньских гор.

– Ты иная, – шептал мне Паша, когда его руки, прохладные, но чуткие, плавно скользили снизу вверх по моей спине.

 – Ты должна найти свою стаю и примкнуть к таким же, как ты. ЛИМБ делает нас по-особенному сияющими, и это непостижимо обычным людям. Они никогда не смогут нас понять…

Глава 5. Коллекционер

«Невский экспресс» мягко качался на рельсах, начиная притормаживать перед въездом в город. Скоростной поезд словно вовсе не торопился прибывать в Петербург, и я прекрасно его понимала.

Назад я возвращалась поздним вечером в последний день каникул.