Химера

Хотелось максимально оттянуть наступление второго семестра, как и встречу с холодной северной столицей. Всё же этот город, несмотря на его красоту и одухотворённость, не для меня. Слишком ветреный и жестокий…

У стены рядом с окном стоял под столиком мой небольшой, но увесистый чемоданчик, набитый новыми тетрадями, ручками и шмотками, которые я всё же накупила напоследок в московских торговых центрах. Опираясь на багаж локтем, я с закрытыми глазами слушала в наушниках музыку, пытаясь не думать о том, что завтра начнутся новые лекции, семинары и индивидуалки, и моя недолгая эфемерная свобода снова рассыпется в прах… Ещё и Чернов явно потребует какого-то ответа – ведь не зря он оставил меня в покое до конца каникул.

Хочет, чтобы я переварила всё им сказанное и как следует подумала над его предложением. Подумать-то я подумала, но ответ и так был у меня готов сразу – не собиралась я ввязываться в сомнительные дела. Даже если это не ловушка. Даже если он и правда работает на ФСБ. И даже если за неудачное расследование его действительно казнят…

«Подруга, такими темпами ты его потеряешь».

Это длинькнул коротким звуком мессенджер. И потом ещё дважды:

«Кстати, во сколько ты приедешь?»

«Оставить тебе чипсов?»

Вытащив один наушник, я переспросила:

«Ты о ком?»

«О Паше твоём, конечно. А что, есть ещё варианты?»

«Приеду через полчаса, чипсы ешь без меня, я не голодная. Так что там с Пашей?»

«Не с ним, а с тобой. Ты снова ему не дала».

«Лиз, поверь, мне сейчас не до него…»

«Ага, ну поздравляю.

Ему теперь тоже не до тебя. Дождалась».

«Что?!»

«Юлька с парнем рассталась – вот что. Позвонила Колдунову в слезах, тот сорвался к ней и уже который день её там утешает. А ты, дурында, доморозилась».

«Откуда ты знаешь? Макс рассказал?»

«Да. Только ты не пали нас с ним, окей? Я тебе ничего не говорила. И он мне тоже…»

Второй наушник, вылетев из уха, упал на пол. Кажется, я даже наступила на него, когда, отодвинув вбок прозрачную дверцу, выбегала из купе.

В проходе между отсеками мне стало совсем дурно.

В желудке начало жечь, будто я проглотила целую связку острых перцев. Расстёгнутая нараспашку куртка с треском натягивалась в районе плеч. Из спины, как иголки дикобраза, медленно, но безжалостно лезли наружу железные перья, глаза застилал красный оргон.

Набрав на ходу в ответ Лизке скупое «ок», я ворвалась в кабинку туалета и закрылась на щеколду. Включила ледяную воду и умылась, стараясь дышать ровно и без пауз. Куда там.