Хоббит и кольцо всевластья

На него было совсем непохоже, потому что он никогда не сидел без дела, а всегда находился в своей лаборатории, проводил магические опыты, или в кабинете, где погружался в книги и мог читать несколько дней подряд без сна и отдыха.

Но через неделю, когда силы полностью восстановились в его старческом на вид, а на самом деле могучем и неутомимом теле, он сразу поднялся на башню Ортханка и спустился в подземелье к палантиру. Теперь подвал охранялся пятью троллями, которых специально для этой цели поймали накануне.

Все они были ослеплены, так что свет, даже магический, им теперь был не страшен. Саруман даже не взглянул на них, а сразу прошел к палантиру.

– Пора тебе покинуть недра земли, – сказал маг, и вынес ларец из подземелья. Он поднялся наверх, где под покатой крышей башни была построена двустенная келья с низкой железной дверью. Окон в ней не было. Зато посередине стояла приземистая каменная тумба. Он возложил ларец на нее и открыл крышку. Черный палантир мягко поднялся в воздух и завис на уровне глаз Сарумана.

Маг приблизился к нему, сделал над ним несколько пассов руками, и только после этого заглянул в черноту камня. – Силь Оровин!

Тьма расступилась перед ним в одно мгновение. Саруман не удержался и радостно и торжествующе рассмеялся. В этот раз на овладение тьмой ему почти не потребовалось усилий. Все получилось как бы само собой.

Также быстро и просто он преодолел пространство и отчетливо увидел то, что хотел увидеть. Он увидел стоящего на орловидном носу триеры «Хеллуин» Гэндальфа.

Маг стоял и всматривался вдаль. На мгновение Саруман даже увидел его острый пронзительный взгляд. Видение было столь ясным и отчетливым, что он даже отпрянул назад. Затем рассмеялся:

– Нет, нет, конечно же, он не видит меня.

И опять приник к палантиру и не отрывался от него до вечера. А вечером показались корабли пиратов, и Саруман увидел сражение. Затаив дыхание, глядел он, как бьется его собрат по колдовству и его спутники. Изображение уже было расплывчатое и размытое.

Слышно ничего не было, но фантазия Сарумана прекрасно дополняла то, что не показывал магический камень. И морской бой неожиданно сильно взволновал Сарумана. Противоречивые мысли роились в его голове. То он хотел, чтобы пираты смели Гэндальфа и его соратников, то желал им победы.

И опять магу показалось, что он не один смотрит вдаль, сквозь великое пространство палантира. Опять было ощущение, что кто-то стоит у него за спиной.