Крутой пришелец

Ну, разве не об этом мечтает каждый нормальный двадцатилетний парень, у которого все общение с женским полом проходит только на сайдах ФИДО? Странно, но я не ощущаю той беспредельной радости, какую бы должен.

– Так кто-нибудь объяснит мне, что происходит? – взвыла Наташа. От слез ее настроение быстро стало перемещаться в сторону ярости. Мне это знакомо.

Я показал ей на небо, где разгорались два светила, и она долго смотрела на них и ничего не могла сообразить. В конце концов, мне стало ее жалко.

– Мы на другой планете, Наташа, – сказал я.

– Что?

– Что слышала! Третий раз здесь повторять не принято. – Может быть я и груб, но иногда, знаете, бесит, когда кто-то не понимает очевидного.

– Пришелец! – всхлипнула Наташа. – Черт бы побрал всех пришельцев, и тебя в первую очередь! А почему тогда ты не зеленый?

Видали, какие у нее представления об инопланетянах? На уровне пенсионерок.

– Еще позеленею! – успокоил я Наташу.

Она посмотрела на меня и опять всхлипнула.

– Я домой хочу!

Солнце стремительно поднималось, заливая все вокруг ярким белым светом, от которого сразу стало больно глазам. И сразу тяжелой плотной волной навалилась жара.

– Надо идти, – сказала Стелла. Она уже не была похожа ни на учительницу, ни на медсестру. Теперь перед нами был солдат. Космический боец. Звездная волчица. Вся вселенная была у ее ног. И она готова была идти сколько угодно, и куда угодно. А вот Наташа совсем расклеилась.

– Куда? – простонала она. – У нас же экзамен!

Во, дает! Даже сейчас помнит про этот дурацкий экзамен. Неужели не понимает, что мы вообще можем больше никогда не оказаться на матушке Земле?

Я посмотрел на Наташу и понял, что она действительно этого не понимает. Почему-то мне не захотелось втолковывать ей свои умозаключения. Пусть не понимает. В этом ее счастье. Я просто сказал:

– Пойдем, не сидеть же здесь на этом милом пляжике. Надо бы и искупаться.

Она поднялась с песка и вдруг обратила внимание на свой вид. Ну-ну! По-моему, ее это потрясло куда больше чем два солнца в небе.

– Что это такое? – Брезгливо, словно змею, подняла она подол своего платья.

И тут вмешалась Стелла.

– Это называется лохмотья, – сказала она не без яда в голосе.

Наташа с завистью посмотрела на наряд соперницы, и ее ненависть к Стелле возросла во сто крат.