Легенды Сэнгоку. Пёс

 – Клянусь ками, я тебя ещё встречу и твои фокусы тебе не помогут!

Но в ответ он получил только громкий хохот.

Постояв немного и подумав над тем, что за каких-то неполных два часа, с ним приключилось уж слишком много событий, Инучиё решил передохнуть. Пройдя немного вперёд, он сошёл с дороги и прилёг в тени трёх, стоявших рядом друг с другом клёнов, положив копьё на землю, рядом с собой. До Нагои оставалось всего ничего и, если он вздремнёт часок-другой, наверняка успеет попасть в город до вечера, пока ворота не закрыли.

Вот-вот Нобунага узнает, чего на самом деле стоит Инучиё из клана Маэда.

***

Девочка никак не могла достать плод хурмы, висящий на ветке. Она подпрыгивала, трясла ствол, но всё равно не добивалась результата. Тогда, она осмотрела местность поблизости и нашла на земле палку, длинной в половину её роста. Вновь подойдя к дереву, она сбила злополучный плод и даже смогла поймать его на лету. Обтерев хурму об полы своего зелёного косодэ, она жадно впилась в него зубами, будто её не кормили несколько дней.

На вид, девочке можно было дать лет шесть или семь, потому, как тело её уже выглядело более вытянутым, начавшим своё формирование, а не округлым как у малышей младше пяти.

Тот, кто притаился в кустах дикой ягоды годзи, совсем неподалёку, внимательно наблюдал за действиями девочки. Дождавшись, когда она насладиться сладким плодом, он резко выпрыгнул из своего укрытия с поднятыми руками, растопыренными, словно когтями, пальцами и, непонятно кого изображающим возгласом.

– Бу-у-у! Ру-у-у! Ай…

Девочка оказалась не из робких. Ей хватило лишь несколько вздохов, чтобы сообразить, что надо делать. Вначале, испуганно выпучив глаза на непонятного зверя, она мгновенно нашлась и саданула его по макушке всё той же палкой, которой сбивала хурму. Неудавшийся обидчик, схватился за голову и резко отпрыгнул назад, но девочка последовала за ним, продолжая лупить, то по рукам, то по спине. Удары, конечно были не сильные, но жертва, которая должна была быть в совершенно противоположном положении, интенсивно издавала возгласы боли.

– Да перестань меня дубасить! – закричал он, отмахиваясь руками.

Девочка остановилась, услышав членораздельную человеческую речь, но осталась в защитной позиции, выставив палку перед собой, словно в тренировке по кэндзюцу.

Инучиё, поняв, что бешенный ребёнок перестал атаковать, распрямился, сел на землю и начал потирать ушибленные места. Рук ему сейчас не хватало.