Высшая ценность

А то я никак не могу разобраться что здесь к чему, никогда не был силен во всех этих бумажках, – он снова смущенно улыбнулся, впрочем, светло-голубые глаза смотрели отрешенно и холодно, почти как снега с отрогов Гималаев, – Чиркал вот тут, чиркал, но так и не понял, что здесь куда надо вписывать.

Осокин молча смотрел на мужика, размышляя, сразу ли послать его по известному адресу или, все же, немного подождать. Вообще, в подобных случаях, он никогда не церемонился и пытавшихся с ним вот так ни с того, ни с сего заговорить, отваживал сразу (впрочем, подобное случалось исключительно редко, Осокин уже и забыл, когда в последний раз.

– Ох, я ж не представился, – мужик сунул широкую, словно лопата, ладонь, – Меня зовут Краусс. Еще раз, вы уж простите, что так в наглую к вам лезу, но смотрю – вы ничего не заполняете. Значит, думаю, человек бывалый, не в первый раз в этих краях. Да и помощи попросить тут больше не у кого, не с этими же мартышками разговаривать, – назвавшийся Крауссом презрительно повел головой в сторону так, что было неясно, на кого он указывает – на азиатов или на молодых американцев.

Осокин пожал протянутую руку и тоже попытался ответно улыбнуться.

– Вы угадали, я здесь не в первый раз. Можете не переживать и вообще ничего там не писать, все равно никто читать не будет. Равно, как никому совершенно не будет интересно, что вы там с собой везете. На таможне вам сразу очень четко скажут, сколько будет стоить беспрепятственный и беспроблемный въезд на территорию Кирата.

Улыбка мужика сделалась шире.

– Я примерно так и думал, но, все равно, только сейчас успокоился, когда вы подтвердили. А то я со своей пушкой лечу, никогда с ней не расстаюсь, куда только не еду охотиться, везде с собой таскаю, ни на что другое не променяю никогда. А в таких веселых странах с режимами подобными Миновскому – скажем так, иногда бывают сложности.

При упоминании об охоте Осокин ощутил нечто, вроде интереса.

– Вы прилетели в Кират ради охоты?

Краусс кивнул, лицо его осветилось, усы самодовольно полезли вверх.

– Да! Можно сказать, что я профессиональный любитель экстремальной охоты во всех ее видах и проявлениях! Из тех сумасшедших, про которых в книжках пишут, что они душу б продали, чтобы получить шанс поохотится на живого тираннозавра или кому-то ему подобного.