Инсталляция

Впрочем, для своего хобби Ангелову не требовалось дополнительного времени, он просто смотрел на людей и пытался понять их поступки и мысли, а для этого достаточно было быть просто внимательным.

Поэтому, когда Ангелов заметил машину, остановившуюся в неположенном месте, он сразу же нарисовал психологический портрет нарушителя и предположил пару-тройку неотложных дел, приведших к этому.

Ангелов даже остановился, чтобы посмотреть на водителя, который, по его мнению, должен был выйти из машины.

Но из машины никто не вышел, и, записав себе штрафное очко, доцент продолжил свой путь в институт.

В этом не было ничего странного, с Вячеславом Аркадьевичем происходили такие события ежедневно, но вечером, проведя анализ дня, он, к своему удивлению, понял, что уже несколько лет не ошибался так часто. Очередной день принес в его черную записную книжку очередные штрафные баллы. Вечером Ангелов уже серьезно стал подумывать об отдыхе. Однако следующий рабочий день расставил все на свои места.

* * *

В уютном подвальчике, куда спустилась Светлана, царили полумрак и прохлада.

Она замерзла и на вопрос бармена: «Что будем пить?» ответила:

– Что-нибудь покрепче.

– Виски? – осведомился он, размахивая блестящим термосом.

– Лучше – водки.

– Какой изволите?

– «Смирнов».

– Чего-нибудь закусить?

– Нет. Не нужно.

Бармен, одетый в черную футболку и с такого же цвета банданой на голове, очевидно, привык не спорить о вкусах. Он подвинул стеклянный конусообразный стаканчик на круглой салфетке к Светлане, после чего продолжил свой тренинг.

Светлана двумя глотками осушила содержимое стаканчика, придвинула поближе черную пепельницу и щелкнула зажигалкой. Она пришла немного пораньше, до семи, чтобы понаблюдать за москвичами, но теперь понимала, что сделала это напрасно. Кроме группы молодых людей, таких же пьяных, как если бы они находились в Перми, и парочки в углу, наблюдать было нечего.

Олег пришел ровно в семь. Она услышала, как противно пискнули часы у бармена, и через секунду зашуршало макраме над входной дверью.

Светлана подумала, что не удивилась бы, увидев его за двадцать минут до семи с букетом цветов, но ничего этого не было. Он был одет в тот же строгий костюм, с которого исчез бейджик. Светлана спрыгнула с высокого барного стула и протянула вперед руку. Бедный юноша не знал, куда ему провалиться.

Он нелепо пожал протянутую ладонь и изобразил что-то вроде поклона, но при этом осторожно косился по сторонам.