Леди-бесприданница

– Ах, Флора, если бы ты не отвергла герцога. Твое упрямство всегда приносило тебе вред. Смотри же, теперь ты замужем за простолюдином.

Появление в комнате Лахлана положило конец разговору. Флора подняла на него глаза, в которых стояли слезы, а ее мать – бледная и осунувшаяся – казалась чрезмерно взволнованной. Ну и дела. Как она смеет расстраивать дочь своими злобными замечаниями? Да еще и в день свадьбы.

Никто даже не поднял бокал вина за их будущую совместную жизнь, не пожелал им счастья.

Видимо, эти люди считают, что у них нет повода для радости. Конечно, дочь графа вышла замуж за Лахлана Макнейла. Что ж тут праздновать?

Вскоре появился Абервильд, и Лахлан сразу понял, что верно оценил главу семьи как человека сурового и властного, требующего беспрекословного подчинения. Граф говорил беспрерывно, остальные члены семьи не успевали ничего сказать, лишь коротко соглашались. Лахлан много раз встречался с таким типом людей, они, словно быки, давили своим весом всех, кто вставал на пути, так продолжалось до тех пор, пока не появлялся тот, кто находил в себе решимость противостоять.

Похоже, никто в этой семье не наделен смелостью в такой степени. Только, пожалуй…

Лахлан украдкой посмотрел на жену, сидевшую рядом с потупленным взглядом. Она отказала герцогу. А в ней больше решимости, чем кажется.

К счастью, Абервильд вскоре поднялся с места.

– Уверен, ты спешишь отправиться в путь, чтобы добраться до дома до наступления ночи, Макнейл.

У крыльца молодоженов ожидала карета Лахлана. Граф махнул рукой, из выстроившейся в ряд прислуги выступила женщина с корзиной.

– Мэгги приготовила вам еду в дорогу.

Лахлан сделал знак кучеру:

– Баркли, поставь в экипаж, пожалуйста.

Флора сдавленно всхлипнула и слегка сжала пальцами его руку. Впрочем, выражение ее лица не изменилось, хотя он видел, что грудь ее часто вздымается и она с трудом сдерживает эмоции. Лахлан накрыл ее руку своей и пожал.

Он взял ее в жены, чтобы оберегать и заботиться, и обязательно это исполнит.

Лахлан некоторое время наблюдал за родными Флоры и заметил напряжение, которое не смог объяснить. Они расстроены, что дочь и сестра их покидает? Но прощание и поцелуи их были весьма сдержанными. Должно быть, так принято у аристократов.

А в его семье всегда было много шума и любви, пока нищета и голод не сломили их.

Лахлан помог Флоре подняться в карету.