Свет в объятиях тьмы. Азим и Чёрный рубин

При этом Комил сразу же оцепенел на месте. Он чуть было не пригнулся от страха, что эта рука сейчас влепит ему оплеуху за такие дурные мысли.

Постаравшись не выдать себя, он облегченно вздохнул и обнаружил себя всего в махе руки от неё. Это ноги сами привели его к ней. Он был близок. Да… Если бы она могла уметь читать мысли, он лежал бы сейчас плашмя на земле.

Комил был почти на голову выше своей кузины, но в этот самый момент чувствовал себя перед ней на две головы ниже. Он чувствовал себя каким-то скованным и никчёмным, а холодная рука не сходила с его спины.

– Прошу, проходите, – в застенчивой улыбке повторила девушка, в этот раз указав на дом левой рукой, не опуская правую от сердца.

Но этот её голос… Несмотря на мягкость тона, что-то кольнуло в бок Комилу. Чуть скорчившись, он шагнул в сторону и пошёл к дому, словно повиновался.

– «Что это на тебя нашло?» – недовольно сетовал он сам на себя. – «В конце концов можно просто отказаться», – безнадёжно уверял он себя.

Отец девушки вышел на веранду и первым встретил Азима.

– Салом! Добро пожаловать. Прошу, проходите в дом, – пригласил дядя Комила.

Он не узнал Азима, это было видно по выражению его лица. Тем не менее он встречал гостя с улыбкой. Гость есть гость.

– Добрый вечер, – Азим посмотрел на дядю Комила и приставил руку к сердцу.

Азим шагнул в сторону, чтобы Комил прошёл в дом первым, ведь это его родственник.

– Племянник! – широко улыбнулся он. – Добро пожаловать! Идём, заходите.

Отец девушки широко распростер руки, чтобы обнять Комила, когда тот наконец поднимется на веранду. Он продолжал улыбаться, понимая причину растерянности племянника.

– Рад тебя видеть, Комил.

Ждать пришлось недолго. Комил поднялся на веранду и был сразу же обнят.

– Я тоже, дядя Умед, – ответил Комил, когда дядя выпустил его из своих крепких объятий.

– Добро пожаловать, – ещё раз сказал Умед, крепко пожав руку Азиму.

Они прошли в гостиную в глубине дома. В стене напротив высоких окон был выступающий очаг. Курпачи и подушки были сложены в стопку с двух сторон очага. Обе стопки были покрыты сюзане с золотой вышивкой на алом бархатном полотне. Девушка прошла за ними и быстро сняла одну сюзане. Она постелила для гостей зелёные курпачи с голубым узором и синим кантом.