Одна истинная королева. Книга 2. Созданная из тени

– А несколько лет назад?

Проклятье, почему я не захватила с собой папину фотографию?

К моему изумлению, старуха ворчит:

– Старина Уолш. Последний, кто жил в этом доме. Старина Уолш да бутылки из-под виски…

Сердце у меня забилось быстрее.

– А когда вы его в последний раз видели? – спрашивает Натаниель.

Старуха задумалась. И вдруг лицо у нее просветлело:

– Ну, когда его ножками вперед вынесли. Упился-таки вусмерть.

Я столько лет ничего не слышала об отце. Долгое время пыталась убедить себя, что мне все равно.

Раз ему на меня плевать, значит, мне на него тоже. Однако новость о его смерти выбила у меня почву из-под ног.

– Когда? – шепчу я.

Старуха фыркает:

– Лет двадцать назад, ежели не больше. Двадцать два года назад?

От облегчения голова закружилась. Я хватаюсь за плечо Натаниеля, и тот придерживает меня за талию. Старуха говорит не об отце! Она имеет в виду деда. Папа много лет с ним не общался, с тех пор как умерла мать. По словам папы, только она прикладывала усилия, чтобы он вырос разумным существом.

Тогда я не понимала, что это значит, а на мои расспросы папа отвечал уклончиво.

– И с тех пор здесь никто не жил? – допытывается Натаниель. – Дом выглядит заброшенным, однако он не слишком обветшал за эти двадцать лет. Кто-то о нем заботился?

– У старого мистера Уолша был сын, – встреваю я. – Не припоминаете?

– А, точно. Мелкий паршивец, – Старуха кивает. – Мы прозвали его Маки. Мы с мужем – земля ему пухом.

– Макер, – шепчу я.

Папу зовут Макер.

Взгляд старухи затуманился: она погрузилась в воспоминания.

– Да, верно, – говорит она. – Рано он покинул родительский дом, хотел мир посмотреть.

Мы с Натаниелем переглядываемся. Может, не только этот мир…

Старуха пожимает плечами:

– Но его я сто лет не видела. На кой он вам сдался?

– Мы должны сообщить ему нечто важное, – уклончиво объясняет Натаниель.

– Он мой отец, – перебиваю его я. – Меня зовут Майлин Уолш.

Прищурившись, старуха окидывает меня взглядом и молча кивает: она будто сравнила ребенка из своих воспоминаний со мной и обнаружила сходство.

Ее губы растягиваются в горькой улыбке:

– Значит, он и впрямь стал человеком, который постоянно дает деру. Я подозревала, что так будет. Жаль мне тебя, девочка. Но его здесь нет.

– Мы все же осмотримся, – настаивает Натаниель. – Может, остались какие-то его вещи…

– Ох, нет-нет!

На мгновение мне показалось, что старуха сделалась на несколько сантиметров выше.