Детишки в доме на холме

Ви услышала шорох кремня, запахло бензином… Бабушка говорила, что курение – плохая привычка и Ви не должна начинать курить, но ей всегда нравился аромат табачного дыма и запах бензина, а больше всего – старая бабушкина зажигалка, которую нужно было регулярно заправлять и менять кремень.

– Она опасна, – сказал доктор Хатчинс. – Я знаю, вы считаете, что в последнее время она демонстрирует некоторый прогресс, но персонал начинает сомневаться, что Приют – самое подходящее для нее место.

– Приют – единственное место, где она может вылечиться.

 – Бабушка глубоко затянулась и, выдохнув дым, некоторое время следила, как он поднимается вверх. – Придется увеличить ей дозировку торазина.

– Но если она и дальше будет конфликтовать с окружающими…

– Зачем же тогда мы, Тед? Наша работа в том и заключается, чтобы помогать тем, кому никто помочь не может.

Да! – подумала Ви. Да!.. Бабушка была настоящим гением. Она умела добиваться невероятных результатов. Успех сопутствовал ей даже в случаях, признанных остальными безнадежными.

Доктор Хатчинс тоже закурил. Некоторое время оба молчали.

– А как поживает наша С.? – спросил он наконец. – Благополучно?

Ви завершила записи про Д. М. и торопливо открыла чистую страницу для пациентки С.

– О да, – бабушка кивнула. – Ее состояние продолжает улучшаться.

– А как насчет лекарств?

– В последнее время я стараюсь ими не злоупотреблять.

– Галлюцинации?

– Вряд ли. Во всяком случае, ни на что подобное она не жалуется, а может, просто не сознает, что галлюцинирует.

– Это поразительно! – воскликнул доктор Хатчинс. – Потрясающий успех! Вы должны гордиться собой, уважаемая. Вы принимаете все меры, делаете все, что ей нужно. Вы спасли ее!

Бабушка рассмеялась.

– Спасла? Может быть, но… Иногда мне кажется, что она, возможно, никогда не сможет жить нормальной жизнью. Только не после всего, через что ей пришлось пройти. Даже не знаю… Все, что мы можем, это продолжать внимательно за ней наблюдать и корректировать наши методики.

К сожалению, это может затянуться надолго, следовательно, возрастает опасность, что власти или газеты что-то пронюхают.

– Вы думаете, она помнит?.. – осторожно спросил доктор Хатчинс. – Помнит, кто она? Помнит, что совершила?

При этих словах Ви почувствовала, как тончайшие волоски у нее на руках встали дыбом, словно во время грозы.

– Нет, – бабушка покачала головой. – И если говорить откровенно, это только к лучшему.