Шри Ауробиндо. Письма о йоге – I

Со мной это просто «случилось», и Нирвана обосновалась внутри с намерением остаться там навсегда, а может быть, она ниоткуда и не приходила, а давным-давно была там и только сейчас заявила о себе. Потом она стала превращаться в какое-то другое переживание, но не более низкого, а более высокого порядка, которое намного превосходило первоначальный опыт. Так как же я могу согласиться с Майявадой или предпочесть Истине, данной мне свыше, логику Шанкары?

Однако я не настаиваю на том, чтобы каждый прошел через мой опыт или следовал Истине, которая открылась мне.

У меня нет никаких возражений, если кто-то примет Майяваду как истину своей души или истину своего разума или же будет рассматривать это учение как средство избавления от трудностей космического существования. Мои возражения направлены только против тех, кто упорно пытается навязать мне или миру Майяваду в качестве единственного убедительного и всеобъемлющего учения, объясняющего все аспекты нашего существования, чем она, естественно, не является. Существует множество других возможных объяснений, и учение Шанкары вовсе не является убедительным, поскольку в конечном итоге ничего не объясняет; оно является – и должно быть таковым, если только не отступит от собственной логики – всеисключающим, а никак не всеохватывающим. Но не в этом дело. Теория может быть ошибочной или, по крайней мере, односторонней и несовершенной и все же оставаться при этом исключительно полезной с практической точки зрения. Об этом достаточно красноречиво свидетельствует история науки. На самом деле, теория, будь она философской или научной, есть не что иное, как опора для ума – подручное средство, помогающее разуму взаимодействовать с интересующими его объектами, посох, на который он может опереться и чувствовать себя более уверенно, совершая свое многотрудное путешествие. Сама исключительность и односторонность Майявады делает ее надежным подспорьем или мощным стимулом для совершения духовного усилия, имеющего столь же одностороннюю, исключительную и узкую направленность. Она поддерживает намерение Разума убежать от самого себя и от Жизни, для того чтобы совершить прорыв в сверхсознание. Скорее, это даже Пуруша в Разуме стремится вырваться за пределы ограничений, наложенных Разумом и Жизнью, и уйти в сверхсознательную Бесконечность. Теоретически такой путь для разума означает необходимость отвергнуть все свои идеи, а также все предпочтения витала, научившись видеть их непостоянство, и относиться к ним как к иллюзиям.