Авеста Вендидад. Перевод А. Г. Виноградова

Из разнообразия обстоятельств возникает система, развитие которой можно проследить по толкованиям к «Вендидаду», в которых воплощены труды нескольких поколений теологов. Процесс очищения варьируется в зависимости от степени нечистоты; и, опять же, степень нечистоты зависит от состояния того, что оскверняет, и от природы того, что оскверняется. Нечистота от мертвеца хуже всего, и она достигает своего предела, когда заражается до того, как Насу был изгнан из трупа Саг-дидом: ее можно вылечить только с помощью сложнейшей системы очищения, девяти ночей Барашнум.

Если Насу уже был изгнан из трупа, так как оскверняющая сила была меньше, достаточно простого омовения один раз. Оскверняющая сила Насу простирается дальше, если смерть только что произошла, и если умирающее существо занимало более высокий ранг на шкале существ; ибо, чем недавней была победа демона или чем выше существо, которое он преодолел, тем сильнее должен был быть он сам. Менструирующие женщины очищаются с помощью госела (Ghosel).

Что касается вещей, то они более или менее глубоко осквернены в зависимости от степени их проницаемости: металлические сосуды можно очистить, глиняные сосуды нельзя; кожа очищается легче, чем ткань; сухое дерево, чем мокрое. Влажное вещество лучше проводит нечистоту, чем сухое.

В рассмотренных случаях речь идет только о религиозных целях. Есть и другой порядок законов, а именно, законы о контрактах и нападениях, которым посвящен четвертый Фаргард и которые являются единственными сохранившимися остатками законодательства зороастризма.

Контракты подразделялись на два класса в зависимости от способа их заключения и в соответствии со стоимостью их предмета. Ни один договор не может быть признан недействительным по воле одной из сторон; тот, кто нарушает договор, обязан уплатить стоимость договора, ближайшую по величине.

Семья и ближайшие родственники, несут ответственность за выполнение договора, принцип древнего индоевропейского гражданского права.

Нападения бывают семи степеней. Тяжесть вины зависит не только от тяжести деяния, но и от его повторяемости. Каждое из семи преступлений приравнивается, если оно повторяется без искупления, к преступлению, которое непосредственно следует за ним по шкале, так что семикратное повторение агерепта приравнивается к непредумышленному убийству.

Каждое преступление налагает на виновного два наказания: одно здесь, на земле, а другое в том мире.