Архивы Дрездена: Маленькое одолжение. Продажная шкура

Я поднял руку.

– Спасибо, Билли, не надо. Я пришел не упражняться.

Улыбка ее не померкла ни на йоту, оставшись такой же милой и безмозглой, и она вопросительно склонила голову набок.

– Я здесь, чтобы поговорить с мисс Деметрой, – сообщил я.

– Мне очень жаль, сэр, – ответила Билли. – Ее сейчас нет.

Смотреть на девицу было одно удовольствие, и я не сомневался, что и остальные органы чувств могли бы получить такое же наслаждение, если что, – а вот врать она умела неважно.

– Очень даже есть, – возразил я.

 – Передайте ей, что пришел Гарри Дрезден.

– Мне очень жаль, сэр, – повторила она с надоедливостью заевшей грампластинки. – Мисс Деметры нет в здании.

Я одарил ее самой зубастой из своих улыбок.

– Вы вроде как новенькая здесь, да, Билли?

Улыбка девушки наконец дрогнула, но тут же выровнялась.

– Томас, – вздохнул я. – Дашь ей наглядный урок?

Мой брат огляделся по сторонам, шагнул к ближнему стеллажу со стальными гантелями и взял две самые большие – по одной в руку.

С усилием не больше того, с каким я завязывал бы ивовые прутья, он скрутил толстенные стальные стержни вместе, в результате чего получилась немного кривоватая «Х». Он поднял ее повыше, чтобы Билли хорошенько ее разглядела, а потом уронил к ее ногам. Сплетенные гантели приземлились с убедительным грохотом, и Билли подпрыгнула от неожиданности.

– Видите, что он может без труда согнуть и поломать, – произнес я. – Дорогие тренажеры, дорогую мебель, дорогих клиентов. Не знаю, насколько он здесь может все расшвырять, но я бы соврал вам, если бы сказал, что мне не хотелось бы этого узнать.

 – Я наклонился к ней чуть ближе. – Билли, возможно, вам стоило бы передать мою просьбу. Мне очень не хотелось бы, чтобы у вас вычли из жалованья стоимость всех этих поломанных штуковин.

– Я сейчас вернусь, сэр, – пискнула Билли заметно севшим голосом и поспешила прочь.

– Тонкая работа, – заметил Томас.

Я пожал плечами:

– Экономит время.

– Как ты получил членство в подобном заведении?

– Здание принадлежит Марконе.

Он полагает, у меня меньше шансов разгромить его, если меня будут отвлекать сиськами.

– Что ж, я могу его понять, – кивнул Томас.

Взгляд его задержался на девице, которая сидела за столом, заполняя какие-то бумаги. Та застыла и медленно, очень медленно подняла голову. Рот ее приоткрылся, темные глаза расширились. Она задышала быстрее, потом встряхнулась и опустила взгляд, изо всех сил притворяясь, что читает свои бумаги.