За пределами одиночества

«А я не понимаю, почему они к тебе приходят», – подумала я не очень доброжелательно, но вслух попросила продолжать.

Алина поссорилась с Игорем, с которым у них «секс и дружба» уже два года. До этого у нее были отношения с Русланом, с которым тоже все так «клево» начиналось, а потом он просто сбежал, даже не заехав за вещами. Первый бойфренд Максим два года баловал ее и носил на руках, но после того как они стали жить под одной крышей, через неделю ушел.

– А по твоему мнению, Алина, почему мужчины уходят от тебя?

– Да потому что козлы! – с досадой отвечает девушка.

– Старые козлы!

Оказалось, что все ее партнеры значительно старше девушки. Соответственно на 17, 11 и 15 лет.

– А какие у тебя отношения с отцом? – спрашиваю я. Алина нервно рвет на мелкие кусочки обертку от жвачки, пальцы ее подрагивают:

– У меня его никогда не было. Нет, не в том смысле, что меня нашли в капусте, просто он ушел от мамы, когда она была беременна мной.

Никогда не прощу!

Про Таню, мать Алины, можно было сказать так же, как и про героиню Натальи Варлей: «Комсомолка, спортсменка, красавица».

С Леонидом они начали встречаться на последнем курсе. После окончания института решили поехать на БАМ. Жили во временном бараке, но не унывали, потому что любили друг друга, да и некогда было унывать. Таня была еще и комсоргом бригады, пела в хоре, писала статьи в стенгазету. На сцене ей и стало плохо, тело обмякло, она упала без чувств.

– Ленечка, дорогой, я беременна, – счастливым шепотом сказала она любимому, вошедшему с мороза в дом.

Парень молчал, будто отморозил язык, потоптался на месте и, не говоря ни слова, вышел в студеную ночь. Танино сердечко подскочило к горлу и упало на самое дно живота. Она всю ночь просмотрела на дверь в ожидании, что Леонид вот-вот вернется. Утром написала заявление об увольнении, сдала дела заместителю и через неделю уехала на юг к маме. Железная дорога, которую она строила в надежде на счастье, скрежетом колес пролегла через ее заледеневшую душу.

Леонид очнулся, «проснулся», опомнился, когда Алинке было три годика. Девушка и сейчас помнит, как мама открыла конверт, достала письмо. Из него выпала фотография. Мама, всегда деловая и серьезная, замурлыкала песенку, закружилась в танце. Потом остановилась на полном ходу и начала топтать фотографию, приговаривая: «Сволочь, подлец, негодяй! Никогда тебя не прощу!»

На все вопросы дочери об отце мать отвечала коротко: «Отца у тебя нет».