Другая жизнь

Она слегка отстранилась и потерлась кончиком носа о мой.

– Люблю, когда ты прихватываешь мне язык зубами.

Я притянул ее к себе.

– Погоди, – сказала она, оттолкнув меня. – А как же крыша? Помнишь?

Я достал из кармана зажигалку, щелкнул, и обсерваторию залил оранжевый свет. Я обвел взглядом пространство вокруг и наконец нашел задвижку, тянувшуюся вдоль стены, дернул за нее со всей силы, и она поддалась. Обсерваторию залил свет.

– Если у вас там и впрямь машина времени, может, и мне местечко найдется?

Мы увидели в дверном проеме худощавые ноги в шлепанцах.

Анна посмотрела на меня.

– Это мой брат, – пояснил я.

Тем временем Сэл уже пролез внутрь, а Анна прижалась ко мне, чтобы освободить ему место.

– Ты, наверное, Сэл, – сказала она, протягивая руку. – А я Анна.

На лице Сэла появилась широченная улыбка.

– О, я прекрасно знаю, кто ты.

Анна покосилась на меня, а я – на брата. «Только попробуй», – пронеслось у меня в голове.

– Послушай-ка, Анна, – сказал Сэл, устроившись у стены на подушке.

 – Мне один приятель только что подогнал первосортную травку, и я с удовольствием тебя бы ею угостил.

Мы последовали его примеру и сели рядом, точно две недостающие вершины треугольника. Анна вытянула ноги и положила ступни мне на колени. Я закурил.

– Нет, спасибо, но ты кури, не стесняйся.

– Многое теряешь, – заметил Сэл. – Товар качественный. Чистейший.

– Анна не курит, – пояснил я, затянувшись.

– Так это разные вещи, – возразил Сэл, доставая упаковку папиросной бумаги «Ризла» и пакетик с зеленоватой травой.

 – Эта гадость, – он кивнул на сигарету в моей руке, – тебя угробит. Как, впрочем, и пиво, если пить его каждый вечер.

– Сэл у нас ходячий парадокс, – пояснил я Анне. – Ярый антитабачник, к переработанным продуктам в жизни не прикоснется, дважды в неделю играет в футбол, но при этом хватается за любой наркотик, что только под руку попадется, и в упор не видит тут никакого противоречия.

– Но до героина-то дело не доходило? – уточнила Анна.

Сэл лизнул бумагу и покачал головой:

– Иглы – это не мое, смелости не хватает.

– А каково это? – спросила Анна. – Что человек чувствует, когда покурит?

Сэл поднес зажигалку к косяку и затянулся как следует. Кончик самокрутки ярко запульсировал.

– Мир сразу становится прекрасным.

Он выдохнул облачко дыма, и мы проводили его взглядом, пока оно поднималось в небо.

– Дай попробовать, – попросила Анна и протянула руку.