Другая жизнь

Кажется, сперва они сошлись на каком-то другом имени, но потом мама одна пошла за документами и поменяла имя на Сальваторе. Смелый поступок, сказать по правде.

– Думаю, он и не заметил, – сказал Сэл.

– Какое красивое имя, – проговорила Анна. – Сальваторе. Спаситель.

– Да уж, иронично, – отозвался Сэл и, потушив косяк, спрятал его в пакетик. – Ну ладно. Я бы еще с вами посидел, но не хочу мешать.

Анна сунула ладонь мне в карман, и волоски у меня на руках вздыбились.

– Анна, очень рад знакомству, – сказал Сэл, и они стукнулись кулаками на прощание.

– Мне уже нравится Сальваторе, – призналась Анна, когда он ушел.

– Да, он очаровашка.

– Зачем ему все это? – спросила она, поглаживая меня по внутренней стороне руки. – Наркотики и прочее.

– Он уже много лет так живет, – сказал я, забарабанив по ноге, чтобы хоть как-то отвлечься от вспыхнувшего внутри пламени. – Думаю, изначально он просто хотел забыться, не оставаться наедине со своими мыслями. Бывают такие люди, знаешь. Им важно во что бы то ни стало заглушить шум в голове.

– Может, и мне ее перенять?

– Только попробуй!

Анна повернулась, в мгновение ока оказалась на мне и сдернула майку через голову. Я стянул резинку с ее волос, и они упали ей на плечи и защекотали мне щеки, когда она склонилась ниже, нежно обхватила мое лицо ладонями и надавила на меня всем телом. Я скользнул рукой вверх по ее обнаженному бедру и начал ласкать ее сквозь ткань шорт. Анну била дрожь.

– Ты и не представляешь, как сильно я тебя хочу, – сказала она мне на ухо.

– Не надо.

– Я уже вся мокрая, – прошептала она.

– Нет, Анна. Стоп.

– То есть как это? – спросила она, глядя на меня расширенными после травки глазами.

Я погладил ее по щеке.

– Я так не хочу.

– А, поняла! – Она скатилась с моих колен и привстала, приподняв ягодицы, а потом посмотрела на меня через плечо.

Я поймал ее за карман, притянул к себе и вновь усадил на колени.

– Поцелуй меня – и все.

Анна отстранилась:

– Ты гей, что ли?

– Что? Нет, конечно! По-моему, когда ты сидела на мне, это было вполне очевидно.

– Тогда в чем проблема?

Я вздохнул:

– А то непонятно. Ты накурилась.

– Ой, не начинай, а.

– Я не собираюсь тебе мораль читать и все в таком духе, – сказал я, помня, как плохо это закончилось в прошлый раз.