Следы Сиятельного. Белоцветье

Наемные учителя из свободных, годы практики, привитая верность господину и десяток внедренных в тело магических заклинаний, защищающих неодаренного от гипноза, ядов, иллюзий и вмешательства в разум, – все это стоит немало. В свою очередь Сенека, как управляющий, руководит поселением, когда господина нет на месте, будучи более компетентным в жизни рабов. Он вникает в дела, раздавая приказы главе охраны, старшим мастерам различных направлений и лично курирует те поручения, которые ему дает хозяин.

Читая отчет о настроениях в толпах, составленный на основе доносов от стукачей, Аренцо пришел в бешенство.

– Проклятый скот! Гр-р! Они все еще думают, что мы строим стены, ограничивая их свободу! Необразованное мясо! Может, стоит устроить им экскурсию по лесам? Показать, сколько вечно голодных тварей там обитает?!

– Господин, – Сенека опустил взгляд, – любой раб, кроме боевых, погибнет за стенами в течение суток.

– Знаю! Поступим, как полагается благородным! Вели мастерам в литейной сделать клетку! Большую прочную клетку! Такую, чтобы даже А-ранговая магическая тварь не смогла ее сломать.

Раз уж люди ведут себя как звери, следует показать им их место в пищевой цепочке.

– Будет исполнено в течение десяти дней, господин.

– Доложи по завершению. Что с ловушками для самых умных?

Сложно контролировать поведение толпы в четыре тысячи невольников. Однако можно косвенно понять ее намерения, специально оставив некоторые лазейки. Когда кто-либо проходит ловушку, информация об этом сразу попадает на стол управляющего.

Сенека ответил, не поднимая глаз:

– От старшего надзирателя по охране не поступало никаких странных докладов. Никто не пытался воздействовать на разум его подчиненных.

Даже о том, что Осман, тот самый старший надзиратель, является одаренным, знала горстка людей. А уж о его тайных проверках сознаний подчиненных – и того меньше. Сенека продолжил:

– Никаких откликов о нарушении магической печати Ахенди, господин.

Сработала пара уловок с попыткой узнать о мире за пределами поселения. Первая, от Салдона, касается ученицы дьякона Джа, присматривающего за нашей церковью в его отсутствие. Она полезла в архивы, ища способ укрепить свою веру, о чем потом сама признался дьякону. Подростка публично обязали наказать саму себя десятью ударами малой плети. Вторым попавшимся рабом стала Матильда…

Псоглав-дог дернул ушами, едва не обронив на пол планшет.