Следы Сиятельного. Белоцветье

 – Давай продолжил наш разговор там, где и обычно.

Корпус яслей отстроили на прежнем месте, предварительно снеся всё вплоть до фундамента. Теперь дошкольный корпус соединяется с совершенно новым строением из бетона и крепкого кирпича. Хозяин поселения, Аренсо Фридд, оказался набожным и предпочел избавиться от здания, где погибло много детей. Обновили даже коридор, соединяющий оба строения, где мы обычно говорим. Матильда не торопилась садиться на подоконник. А я сел, продолжая рассматривать ее большой живот.

– Это твой второй ребенок? После него еще один, и ты станешь свободной.

Она опустила глаза. Наверное, в этот момент я для нее перестал быть ребенком.

– Ты все понял?!

– Одноклассники рассказали. Им было завидно, что ты приходишь меня повидать.

Всем женщинам-рабам, от потомственных до приближенных, за трех детей, рожденных для господина, даруется свобода. Матильда наверняка узнала о подобной возможности еще от родителей, живя в доме Аренсо. Неудивительно, что она решила связать свою работу с яслями, готовясь морально к такому шагу.

У мужчин также есть несколько аналогичных возможностей. Нас могут выкупить, сделав долговыми рабами, для какого-то опасного дела. Так часто поступает армия, создавая заградительные отряды. Еще в шестнадцать лет можно пройти испытание жизни и смерти. Если удастся его пережить, государство выкупит невольника и отправит в приграничные земли, добровольцем в ополчение. Миссис Банбо говорит, что смертность там очень высокая, сравнивая подобный выбор не со свободой, а с отсроченной смертью.

– У меня будет двойня, Лоан.

– Ого! – слова, лишенные всяких эмоций. – Еще немного, и ты станешь свободной, Матильда!

Раб, знающий, что его товарищ вскоре обретет свободу, не будет рад за него. Даже я сейчас испытываю зависть к судьбе Матильды! И она это прекрасно понимает.

– Ты изменился. Раньше ты был открытым и добрым ребенком, который поддерживал меня.

Она опустила взгляд и начала тихо плакать, как умеют только девушки.

– Матильда, – я подождал, пока она посмотрит на меня. – Я рад за тебя. Правда рад. Прости, если обидел, и спасибо за все, что ты для меня сделала. У меня нет слов, чтобы…

Тут пришло понимание, зачем она пришла сегодня. Я встал и обнял ее, как умеют обнимать только дети. Матильда гладила меня по голове, но совсем не так, как делала раньше.

– Бедный Лоан.