Эсперанто проще, чем эсперанто

Я же говорю о самом первом этапе деятельности великого лингвиста. И я думаю, Заменгоф переводил Ветхий Завет, чтобы потом к этой библиотеке мудрых еврейских сказок и изречений добавить свою небольшую книжицу). Но гениальную.

Однажды, когда Заменгоф ехал на поезде на очередной эсперантистский конгресс, поезд остановился и дальше уже не пошел. То был 1914 год. Началась Первая Мировая война. Эта страшная война стала ударом по всем гуманистическим планам и принципам. По всем «хомаранизмам». Даже в концепции Зигмунда Фрейда о психике человека возник такой фактор как «Танатос», то есть влечение к смерти.

Это было уже не то время, когда могло вширь развиваться эсперанто. Потрясенный гибелью соратников, Заменгоф умер в апреле 1917 года.

После основателя

Вот интересный факт, свидетельствующий о размахе влияния эсперанто в те годы. После Первой Мировой войны на границе трех государств (Нидерланды, Германия и Дания) возник территориальный спор о принадлежности небольшого кусочка суши (3,5 квадратных км), и так как решить тот спор было невозможно, три страны договорились, что эта территория будет общим для трех «нейтральным» минигосударством.

Так возник Нейтральный Мориснет. Туда стали съезжаться изгнанники из разных стран. Вскоре там появляется крупный эсперантист Вильгельм Молли. И он переделал это государство в эсперантское с названием Амикейо. Эсперанто было государственным языком многоязычного населения.

Потом был новый «взлет» эсперантского движения на основе Коммунистического Интернационала и уничтожение эсперанто в России после поражения Троцкого, возвышения Сталина и возникновения тоталитаризма.

Эсперантисты в СССР были объявлены врагами народа и уничтожены как класс. А в Германии Гитлер уничтожил эсперанто как еврейский проект. Но все это было уже после смерти создателя.

Если на свете существует дьявол, он самым кошмарным образом отомстил создателю за его творение. Хотя, если верить в неразрывную связь сознания с высокоорганизованной материей мозга, Заменгоф этого уже не мог увидеть.

Может быть, к счастью. Потому что две дочери Заменгофа, Софья и Лидия, погибли в фашистском лагере Треблинка. Сын Адам, главный врач больницы в Варшавском гетто, расстрелян фашистами. Сестра, Ида Циммерман, убита в газовой камере Треблинки… Все они были эсперантистами.

Но эсперанто не умерло в застенках. Однако и о каком-то расширении сообщества также говорить не приходится.