Молчание костей

– Как выглядел этот человек? – продолжил инспектор Хан. – Отвечай без утайки.

– Он был на коне. В синем верхнем халате. Было в нем что-то подозрительное: кто будет бродить в комендантский час? Но было слишком темно, так что лица я не разглядела, а подойти не успела – он быстро уехал.

Зеваки дружно вдохнули и нахмурились – все, кроме молодого вельможи. Тот как ни в чем не бывало обмахивался веером, только уголки его губ приподнялись еще выше.

– Когда ты видела этого человека?

– Незадолго до рассвета, – ответила Сои.

– Почему ты так долго бродила по улицам после полуночи?

– Я искала госпожу, а когда не нашла, вернулась в поместье. Но потом я вспомнила, что госпожа Ким приказала мне следить за ее дочерью. И я так испугалась ее гнева, что решила поискать хозяйку еще раз. Хотела даже гору Нам обойти.

Инспектор Хан поднял бровь.

– Ты ведь могла нам это рассказать. Тем не менее ты предпочла сбежать. А сбегают только дети или преступники.

– Я слышала, что меня кто-то видел, и испугалась.

 – Волосы девушки, до этого уложенные в аккуратную косу, растрепались и теперь висели черными прядями, сквозь которые Сои глядела на инспектора. – Мою мать казнили за преступление, которого она не совершала. Я боялась, что со мной случится то же самое.

– Вот, значит, как. И ты была в хороших отношениях с хозяйкой, верно?

– Я… – буквально на мгновение она запнулась. – Да, была.

– Тогда были ли у госпожи О какие-нибудь особые причины упоминать тебя в своем дневнике? Почему она на тебя злилась?

Моя рука взметнулась к горлу.

Дневник? Но полиция не находила никакого дневника. Инспектор блефовал, а служанка Сои ему, похоже, поверила. Она широко раскрыла глаза, и ее зрачки показались мне еще чернее, чем раньше.

– Она… она писала обо мне?

– Писала. Только вот о чем?

– Я… не знаю.

Время как будто замедлилось. Я вцепилась в воротник. Я одновременно хотела узнать правду и боялась ее. Неужели я настолько ошиблась в человеке, что, глядя ему прямо в глаза, не распознала убийцу?

– Дела твои плохи, – прошептал инспектор, – но ты можешь все исправить, если не будешь врать.

А то, когда правду открою я, твоим словам уже никто не поверит. Пока не поздно – возьми дело в свои руки. Подумай, о чем я тебе говорил.

Сои огляделась по сторонам. Взгляд ее блестящих лихорадочных глаз остановился на мне.

– Клянусь, я бы ей никогда не навредила.