Британия в войнах и сражениях. Том I

Узкие вымпелы развевались под наконечниками копий; рыцари носили шлемы с вертикальной планкой для защиты носа (так называемый «носовой шлем») и железные щиты каплевидной формы.

Хотя одной из национальных эмблем шотландцев был красный лев, в этот день их знаменем было просто длинное копье с пучком цветущего горного вереска, прикрепленного к нему; а их доспехи и снаряжение были почти такими же, как у англичан.

Авангард состоял из жителей Лотиана и Тевиотдейла, разбойников Лиддесдейла и Камберленда, а также свирепых и диких людей Галлоуэя под командованием их главных вождей, Ульрика и Дональда, во главе с принцем Генрихом, который был окружен телохранителями из вооруженных людей под командованием Юстаса Фицджона, нормандского барона Нортумберленда, которого Стефан сделал своим врагом, лишив его замка Бамборо.

Вторая линия состояла из кланов Хайленда, Гебридских и Оркнейских островов, вооруженных круглыми щитами, двуручными мечами и секирами.

Третья, или резервная, линия под командованием короля состояла из сильного отряда саксонских и нормандских рыцарей и латников, а тыл прикрывали люди из Морея и других частей Шотландии. Таково было необычайно пестрое войско под предводительством шотландского короля; ибо в его рядах было много англичан, которые поддерживали Матильду или испытывали недовольство правлением Стефана.

Благодаря густому туману и дыму горящих деревень, которые на время скрыли продвижение Давида, он не был лишен надежды застать англичан врасплох; но они были полностью готовы.

Перед началом битвы английские бароны послали в шотландскую армию Роберта Брюса, графа Аннандейла, и Бернара де Балиоля, дворян, владевших обширными поместьями в обеих странах, чтобы предложить в качестве условий мира «добиться от короля Стефана того, чтобы он уступил графство Нортумберленд в дар шотландскому принцу Генриху».

Карта Шотландии и Северной Англии.

Речь Брюса, которая была длинной и содержала много любопытных фактов, подробно изложена Эйредом, современником и доверенным лицом короля Давида, поэтому ее можно считать в значительной степени точной; но Давид отклонил все предложения.