Московское троецарствие: Иван V, Петр I и царевна Софья

При въезде в город послам подвели прекрасных белых коней с украшенными золотом и серебром чепраками и седлами, и царские пристава повели их к посольскому двору.

Там им было отведено богатое помещение; но зато они почти лишались свободы: у дверей посольского двора расставлялась стража, и послы не могли никуда выйти из своего почетного плена.

На другой день послы представлялись «пред светлые государевы очи». Открывалась торжественная процессия. Многочисленная толпа народа собиралась посмотреть на это зрелище.

Впереди послов несли редкие заморские подарки царю.

Царь обыкновенно принимал послов в Грановитой палате.

У передней стены стоял царский трон под золоченым балдахином, опиравшемся на четыре также золоченых столба, украшенных наверху серебряными орлами с распростертыми крыльями.

По одну сторону от трона стояла на возвышении держава, а по другую – золоченая лохань с умывальником и полотенцем. У подножия трона стояли рынды с серебряными топорами на плечах, а вдоль стен, по обе стороны, сидели бояре в вышитых кафтанах с высокими стоячими воротниками и высокими, в аршин, шапками.

Послы поочередно подходят к царю, который сидит на престоле в богатой одежде, украшенной драгоценными каменьями, и целуют у него руку. Допустивши всех к руке, царь тут же, к великому изумлению послов, моет руки над той лоханью, о которой только что говорено выше.

Этот последний обряд – омовение рук – совершался потому, что на Руси в старину смотрели на иностранцев как на людей нечистых, поганых, прикосновение к которым грязнит русских людей.

Конечно, такой обычай был неприятен послам и оскорблял их достоинство.

Поэтому к концу царствования Алексея Михайловича, когда Россия ближе познакомилась с Западом, обычай этот постепенно выходит из употребления.

Церемония приема послов заканчивалась подношением царю подарков. Послы, а затем царь спрашивали друг друга о здоровье. Иногда царь приглашал послов к столу.

В будни заседания думы продолжались до полудня, когда царь шел обедать. Если царь не приглашал к столу кого-нибудь из ближайших бояр, то обедал один. Царица обедала отдельно в своих покоях.

Как мы уже видели, Алексей Михайлович довольствовался самой простой, незатейливой пищей; но, тем не менее, к столу его подавалось и в будни до 70 блюд.

Он посылал то или другое кушанье в виде особой царской милости боярам.