Отделы

 – Помнится, когда-то в детстве я слышал фразу: «Волки – санитары леса». В том смысле, что хищники убивают в первую очередь самых слабых и больных. Имаго, как это ни странно, пока что поступают так же. Из всего нашего социума они стараются выбрать тех, кто пал на самое дно жизни, фигурально выражаясь.

– Как Терри, – тихо проговорил Бретт.

– Верно, как твой кузен Терри. Но вообще-то это не обязательно. Имаго способны питаться кем угодно, их жертвой запросто может стать президент или олигарх, учёный или кинозвезда…

Агент Донахью с неудовольствием огляделся.

– Вот что, друг мой, у меня там на улице осталась машина и если никто её до сих пор не угнал, может мы сядем в неё и проследуем для дальнейшей беседы куда-нибудь в более подходящее место?

Быстро взвесив «за» и «против», Бретт согласился. Агент Донахью говорил довольно убедительно и выглядел как человек, который знает, что происходит и что нужно делать, а значит у него можно получить ответы на ту уйму вопросов, которая крутилась в голове у сержанта.

С учётом того, что он сегодня видел, у него не было причин не доверять парню с британским акцентом.

Машина стояла у выхода из переулка, сразу за углом – здоровенный чёрный внедорожник, какие обычно использует ФБР и АНБ. В салоне Бретт постарался получше рассмотреть агента Донахью. Новый, с иголочки, костюм, узел галстука завязан идеально, открытое лицо, чистый и бесстрастный взгляд, прямая осанка и ни грамма лишних эмоций – не хуже акцента выдавали в Руфусе Донахью типичного британца (какими Бретт привык представлять себе типичных британцев).

Старший агент был тщательно ухожен и аккуратно причёсан, словно потомственный аристократ, а не чиновник государственного ведомства, работающий за зарплату.

Машина неспешно катила по улицам ночного Нью-Йорка. Бретт задумался о парадоксальности того, что творится – где-то в темноте людьми питаются запредельные твари, а люди спят или зависают в ночных клубах и в ус не дуют. Эти размышления заставили его снова вспомнить кузена Терри и Бретт постарался усилием воли отогнать все лишние мысли, как привык делать на службе.

Единственное, что его сейчас должно волновать, это действительность и факты. Факт номер один: существуют некие запредельные ночные твари, которых какая-то «Лямбда» называет имаго. Бретт воспринял эту новость так, словно она была самой заурядной, вроде сообщения об очередном сумасшедшем террористе, которого требуется обезвредить. Остальное предстояло прояснить.