24 секунды до последнего выстрела

Привалившись к стене, Фоули едва держался на ногах. В полутёмном помещении было не очень хорошо видно, но Себ готов был спорить, что у него испарина.

– Бедный Большой Ка… – пробормотал Фоули всё с тем же акцентом – ирландским, очень узнаваемым. – Такой глупый Ка перепутал, кто есть кто. Как там? Небо со звёздами, отражёнными ночью… – он закрыл глаза.

«Он под кайфом», – с совершенной ясностью определил Себ, и его переполнило отвращение. Он не любил наркоманов. Ему было мерзко оттого, что он только что выполнял приказ, отданный под действием дури.

– Скучные люди… Ты тоже, Себастиан, очень скучный. В тебе нет вообще ничего загадочного или хотя бы интересного. Примитивная… организация.

Себ хотел уйти. Прямо сейчас. Девочка в наушниках ещё стояла перед глазами, а от вида Фоули тянуло блевать, но он не мог, чёрт побери. Он не мог просто оставить Фоули, который вчера имитировал свою смерть, наверняка не без причин, в пустом офисе на краю Лондона.

– Ты такой хороший парень, Себастиан, – вдруг заметил Фоули, приоткрывая глаза, – не понимаю, как они тебя не захватили? Ты ведь из их числа…

– Из чьего… сэр?

– Ты должен играть за белых, но ты на другой стороне доски.

Ты всё думаешь, не сказать ли малышке Сьюзен, что снова едешь на войну, да? Это было бы жестоко, зато, возможно, спасло бы её. Как часто ты думаешь об этом? А армейские… армейские привычки… – Фоули говорил невнятно, заторможено, иногда сбивался и повторял слово с самого начала. – До сих пор не можешь осознать, что спишь один в своей квартире. Одеться за сорок секунд. Душ… словно кто-то выгонит. Свистни – и пойдёшь строевым шагом.

По спине Себа медленно потёк пот. Да, Фоули мог бы, наверное, следить за каждым его шагом. Но за мыслями он как подсматривает?

– Как мне бывает скучно среди людей, Себастиан, если бы ты знал… Никакой загадки. В тебе тоже. Но нет, ты не скучный. Ты хочешь уйти сейчас. Но не уйдёшь. Если сейчас сюда ворвётся спецназ, ты их перебьёшь. И сам подохнешь, защищая меня.

Дерьмо.

Может, не так пафосно и патетично, но суть Фоули уловил верно. Если прямо сейчас на них нападут, Себ будет защищать его даже ценой своей жизни, потому что он босс и потому что они в одной команде.

– Ты боишься меня, – заметил Фоули, чуть сползая по стене. – А ты ведь мог бы пристрелить меня сейчас… Может, пристрелишь, а? Было бы весело… Не-е-ет. Не можешь.

Последние слова Фоули выговаривал уже вовсе без всякой интонации, монотонно.