Отродье

Дедушка или Пастырь, опираясь на свежевыстроганный посох с синим светлокамнем сверху, с хитрым прищуром осматривал королевскую делегацию, чаще других задерживая взгляд на слащаво улыбавшемся Импере. Вряд ли он мог догадываться об истинной значимости холёного гнома, но, похоже, что-то подозревал.

– Здравия вам, чада Праотца Всеобъемлющего! Давненько король не посылал никого, проведать наши дела, – сильным и громким голосом произнёс старикан.

– Увы, увы, наше попущение, признаём, – начал потихоньку примеривать на себя роль главы делегации Солкис.

На Импера он старался не смотреть даже краем глаза, чтобы их игра не стала слишком очевидна для свидетелей встречи.

Безумного вида гном вместо приветствия поклонился. Торк успел зарекомендовать себя как крайне неуравновешенный тип за время своего недолгого пребывания во дворце, поэтому Солкис лишь также молча кивнул гному в ответ, не желая ввязываться ни в какие словесные перебранки.

Бывший капитан стражей по-военному отсалютовал делегации, исподлобья смотря на двух наймитов.

Незаметно покачал головой, но вслух высказывать своё мнение о новой охране порядка не стал. Если остальные гостившие во дворце бедняки за последние месяцы здоровье заметно поправили, то Кирчим, наоборот, похудел. Глазки бегали, а голова была опасливо втянута в плечи, словно он вот-вот ожидал нападения. Похоже, паренёк-провожатый был прав, до конца оправиться после той злопамятной ночи в темнице единственный выживший так и не смог.

– Капитан, – отдал честь бывшему стражу Солкис.

Тот вздрогнул, напрягся, но лицо Солкиса не отражало и тени усмешки, так что всем присутствующим стало ясно – это был жест уважения прежнему званию воина. Скалозуб похлопал тронутого бедолагу по плечу, ободряюще улыбнулся, и убедившись, что бывший страж успокоился, представил делегации ещё пару гномов, что были Солкису незнакомы.

Молчаливого юношу звали Бойл и ничего примечательного тот собою не представлял, а вот второй… Второй был настоящий гигант! О Норине ходили слухи и за пределами Квартала, но Солкис был уверен, что те сильно преувеличены.

Не тут-то было! На две головы выше самого высокого гнома, в полтора раза шире в плечах… Какой-то великан, а не гном. Сражаться с таким врукопашную было равносильно самоубийству, от внимания Солкиса не ускользнуло, как быстро улетучился весь гонор сопровождавших их воинов.