Дневник путника по тропе гештальта

И тем самым упускаю кучу возможностей узреть то, что происходит перед моими глазами в заданную секунду времени.

Аналогично в группе: пока я сижу и жду своей заветной главной темы, а здесь и сейчас все обсуждают тему обратной связи – кому она важная, а кому-то нет, некоторым людям достаточно ответить короткое да или даже ок, будь то в беседе или переписке. И это, казалось бы, совсем не моя главная тема, но катастрофически про меня и даже очень актуальная в нынешней жизни. Я как раз была в той категории людей, кто любит ответить кратко и по делу и зачем разводить демагогию, когда есть темы и поважнее, поглубже.

Оказывается, нет ничего важнее того, что происходит с тобой в эту минуту. И по истечению времени, обратная связь оказалась для меня более главной, нежели то, что я изначально подразумевала под главным.

И я начала практиковать в жизни вести диалоги с теми людьми, которые ко мне обращаются по той или иной теме. Сначала одним предложением, затем двумя и тремя, и даже семью – восемью.

И я себя чувствую гораздо живее, глубже и удовлетворенyее. Нет, я точно ничего не теряю, уделяя больше на двадцать минут времени человеку, а скорее наоборот, приобретаю. Ресурс в виде вовлеченности. Поверхностность – она меня замораживала.

В день первого занятия я чувствовала себя раздавленной, словно меня переехал тяжелый и грузный трактор. Сейчас я могу попробовать описать в чем дело?

Потому что, я поступаю по привычке, по инерции, а это значит сдерживаю себя в эмоциях, в их проявлении, обдумываю и анализирую внутри, когда сказать и что произнести, не выпускаю из себя накопления.

Это приводит к дичайшей усталости. Тем более когда процесс был большим и активным внутри. И важно его выпустить наружу, посредством слов, эмоций, жестов, чего угодно.

Также следует отметить, что во время работы с бессознательным снятся сны. Они не вещие, безусловно, они про проработку. Мне приснился сон про мою давнюю подругу, с которой наши пути разошлись без объяснений и диалогов.

Во сне я прихожу к ней и вижу свои вещи: красивые, розовые, яркие – и я их забираю с собой.

Растолковываю я это скорее, как то, что наконец нашла в себе силы забрать свое, и это свое не что попало, а ценное, стоящее. Именно эта подруга много присваивала себе моего, попросту копировала. И я по незнанию, не выстраивала границ, до определенной точки дотерпела и ушла. Прошло уже три года. И только сейчас во мне есть силы это осознать и присвоить себе свое.