«Шел Господь пытать…»

А проводники мои, любимые, свои, заслуженные, встреченные снова после долгих жизней в разлуке, помогают уложить эту бурю с помощью своих божественных заботливых развратных проповедей…

…Почему «развратных»? – не укладывающихся в стереотипы, поэтому взрывающих мое суеверное сознание, развращающих, разворачивающих, раздвигающих… Развенчивающих ложь, вранье, открывающих врата в реальность, которая шире и глубже, нежнее и деликатнее окостеневших с течением истории социальных норм.

Эа! – или, скромно потупившись, полыхнув гелиодоровым светом, Энки:

– Любой размах похож на фантазию и художественное преувеличение.

Никаких отношений не существует, кроме того момента, когда они происходят. Как несколько измерений. Тем более – для посторонних. Все равно все близкие связаны. Все разные в уникальности, совпадающие в общей природе, и каждому важна его собственная связь, и только она реальна. Все равно никто ни с кем не сливается полностью. К счастью. Хотя избыточное стремление к поглощению есть у всех.

Эллиль – или Энлиль, вихрь, раздраженный людской суетой, светлый и порывистый:

– Мне важно то, что происходит сейчас, а не то, что будет потом. А сейчас – ты есть, и ты готова удивляться. О чем можно еще мечтать?

Таящийся островзорый Эрос, дающий чувство вдохновения всему, к чему прикоснется – невзначай! – своим вниманием:

– …Я предчувствую очень много взлетов и пиков. Они случаются, когда их не ждешь, потому что они такие – слу?чайные.

А случай очень рядом с выбором, настоящим, без программирования и ожиданий.

Так вот, я пыталась пропустить через себя много фраз, посылов, указаний, приходивших со всех сторон, быть в моменте, в здесь и теперь, здесь и сейчас, останавливаться, обращаться к себе… Столько лет, столько практик! Медитировать, нажимать на точки, дышать, принимать асаны и выполнять упражнения, направленные на снятие телесных зажимов… И все – инфинитивы.

Мои фразы, мои тексты на эту тему – сплошной инфинитив: бытие мной не определено, оно для меня безлично. И вот теперь как-то по-другому, очень потихоньку, разными путями я учусь быть в моменте.

Сначала – сама не справляюсь! – меня учат. Для зудящего организма это прорывные достижения. Сначала – дары, мешки, шкатулки, ларцы с подарками в виде людей-ценностей, людей-мыслителей, людей процесса и бытия.