Разбитые часы Гипербореи

Шуми, шуми, послушное ветрило,

Волнуйся подо мной, угрюмый океан.

– Пушкин, конечно, вечен… но и современные поэты замечательны. «А вы сыграть ноктюрн смогли бы на флейте водосточных труб?» – теперь Лев Семенович откровенно смеялся над Кумариным. Он встал со стула, собираясь уходить. – Сочно, ярко… вы не находите?

– Нет! – отрезал Кумарин. – Вы куда-то торопитесь?

– Тороплюсь… у меня одна важная встреча, – сказал Скандаровский, обнажив красивые крупные зубы.

«А ведь красив, сволочь, – с неожиданной злостью подумал Кумарин.

 – Женщины ему на шею вешаются. И супруга красавица. Правда, говорят, что он ей изменяет порядком. Но Наталья – настоящий ангел, – Кумарин вспомнил, как он бывал в небольшой усадьбе Борисово, доставшейся Скандаровскому от жены. Он помнил Наталью Александровну – среднего роста шатенку с прекрасным цветом лица и прелестными голубыми глазами, которыми она с обожанием смотрела на мужа. А он ее не стоит, неожиданно подумал Кумарин – бонвиван, женщин меняет как перчатки. При том весьма низкого пошиба – певички варьете, куртизанки полусвета. И это несмотря на прелестную жену и дочку. Кажется, малышку зовут Верочка – тоже очаровательное дитя. В мать».

Кумарин вдруг подумал, что он, похоже, завидует Скандаровскому. И это чувство трудно отнести к христианским добродетелям. Но Кумарин ничего не мог с собой поделать. Он был беден, неродовит, за ним тянулся шлейф первой несчастной любви, из-за которой он хотел в свое время даже стреляться. А вот Скандаровскому во всем просто фантастически везет, причем его заслуг в этом никаких нет.

Он просто плывет по течению, и оно предоставляет ему самые лучшие виды и возможности…

Кумарин почувствовал, что его чуть ли не трясет от злости. Он отвел взгляд в сторону, чтобы его состояние было не заметно. «Господи, помилуй, – взмолился он про себя. – Завидовать ближнему нехорошо. Хотя какой он мне ближний, зашептал кто-то внутри него, так – знакомый… и то – случайный…»

– Война! – перекрестился он. – Скорей бы кончилась.

При этих словах глаза Скандаровского как-то странно блеснули.

– Она закончится, и самым странным образом, – и он многозначительно хмыкнул.

– Откуда у вас такая информация? – прищурился Кумарин.

– Ну, есть. Имеются в разных слоях общества источники верные, преданные. Информацию мне поставляют исправно…

– И кто это? – вырвалось у Кумарина.

– Ах, ну к чему такое пристрастие…

Кумарин уже чувствовал себя настоящим дураком. Что делать, подумал он.