Миллионы не моего отца

Михаил понял, что Василий колеблется между уместным в данном случае звонком и малодушным сообщением в мессенджер. Ему приятно было возвратить Василию заряд беспокойства, пришедший по WhatsApp минуту назад.

«Держись, старик!!!! На работу можешь не выходить. Если чего надо, пиши. Сочувствую(((»

И никакого капслока. Михаил понял, что сегодня, а может, и в ближайшие пару дней, он свободен.

* * *

Лиза Смирнова проживала на Большой Декабрьской, в районе метро «Улица 1905 года». Не старый дом с псевдомраморной парадной, украшенной залихватским гипсовым купидоном на постаменте – засмотревшись на него, гость не замечал порожек под ногами.

На ворчливом, перестукивающемся с этажами лифте, Михаил поднялся на седьмой. У квартиры Смирновой он остановился – за дверью были слышны мужские голоса, которые, стоило позвонить – затихли.

Михаил нажал на звонок еще. Дверь приоткрылась, и в щели показалось скверно разившее дешевой сигаретой пацанско-мужицкое лицо. Вздернутый нос, совсем как на портретах императора Павла Первого, не добавлял лицу благородства.

– Тебе чего? – недобро поинтересовались у Михаила.

– Мне? – стушевался Михаил. – Мне Лизу Смирнову.

– А ты ей кто?

«Стоп, а сам ты кто такой?» Михаилу совсем не хотелось посвящать в свои дела постороннего. Говоривший с ним мог оказаться кем угодно: от охранника до строителя-славянина. Только на родственника мажорки Смирновой он не походил.

– Мы с Елизаветой Георгиевной не знакомы.

– Ну и? – по-солдатски стриженая голова не покидала дверной щели, лицо выразительно хмурилось, но Михаил не спешил отвечать.

 – А ну-ка зайди!

Михаил и пикнуть не успел, как сильная лапа схватила его за ворот куртки и втащила в квартиру, грубо и возмутительно. Михаил был готов уже сопротивляться физически, хотя в спортивных преимуществах человека с крепкими руками и стрижкой бокс сомневаться не приходилось.

– Вадик, ты этого чела знаешь?! – крикнул нахал, удерживая Михаила у стены.

В арочном проеме коридора, утопающем в беспорядке вышвырнутых из шкафа вещей, появился молодой человек, худощавый и светловолосый, с лицом выразительно грустным:

– В первый раз вижу!

Кем могли быть эти люди? Глядя на россыпь вещей, Михаил задумался: «Воры? – Воры не открыли бы мне дверь! Может, это обыск?»

– Вы не из полиции? – спросил спортсмена Михаил.

– Блин, а ты что такой догадливый? Ты-то вот кто такой, мне интересно знать?!

– Я к Смирновой по личному делу.