Хорошая кошка

Вот уже видны паруса и мачты, красные в белую полоску туники моряков, оскаленная кошачья морда под бушпритом. Бурун немного переместился, замедлился, аккуратно подтолкнув шхуну к причалу. Не дожидаясь полной остановки, с борта спрыгнул молодой кот. Небрежно поклонился, вернее, просто кивнул головой Мимиру, повернулся к дальнему берегу и хрипло крикнул:

– Слава Баст! Слава Сехмет!

Толпа отшатнулась – неистовую львицу, сестру Баст, побаивались, да и не особенно почитали – так, поминали среди других богов.

Чужая она была, недобрая.

Как всегда, выяснение отношений начала скандальная Кулга.

– Бальт, котёнок паршивый, ты что это за фокусы из столицы привез? За что нам Сехмет благодарить, разве она нам родная?

Бальт поправил новенький пояс младшего жреца, сурово оглядел встречающих, и напыщенно ответил:

– Совет жрецов постановил, что выше прочих богов должны мы почитать Баст и старшую сестру её, Сехмет.Наша мать слишком добра и слаба, и не может одна защитить народ свой.

Теперь и на рассвете, и на закате все будут взывать к божественной львице.

Из толпы послышались недоуменные возгласы:

– Как на рассвете? А Мимир?

– А от кого нас защищать?

– Ты что, мятной настойки перебрал?

Вперед выдвинулся Альфа острова:

– Бальт, это слишком необычные вести, чтобы обсуждать их вот так, на ходу. Ты наверняка привез письма из храма, сейчас отнесёшь их в общинный дом и пойдем праздновать, там такой пир в твою честь приготовили! А завтра соберём Совет и все эти новости обсудим.

– Нет, я должен объявить всё здесь, сейчас, и всем.

Бальт выпрямился и, подняв лапу с выпущенными из подушечек пальцев когтями, угрожающе повернулся к толпе.

– Вы здесь закостенели в глупых суевериях. Пёс его знает, кто придумал глупый миф о душах, которые нужно отдавать морю, чтобы они потом вернулись обратно и возродились в наших котятах. И о Мимире, которые бережёт и очищает эти души. Но мы теперь знаем истину! Слушайте! Нас нашли наши старшие братья!

Толпа, вздрогнувшая и отшатнувшаяся при непристойном ругательстве «пес», замерла.

Стоявшая в первом ряду, прямо за спиной мужа, беременная жена Альфы вскрикнула, инстинктивно прикрыла лапой уже сильно выступающий живот, и тяжело опёрлась на плечо поддерживающей её подруги.

– Да, да, львы! Народ Лабу. Они огромные, прекрасные и добрые. У них солнечно-песочный мех и прекрасная грива. Они поклоняются Сехмет и признают Баст.