Хорошая кошка

Вдохновленный всеобщим вниманием, Бальт экзальтированно продолжал:

– Воздушный корабль Лабу приводнился возле Мэнкс-Аара три луны назад. Пришельцы со звёзд обещали подарить нам настоящую планету! С полями, лесами, реками и всего с двумя маленькими морями! Как на прародине, откуда нас предательски выкрал Мимир, укрыв среди всей этой воды от глаз Матери. Лучшие из лучших уже отправились на новое место. А мне обещано место во второй партии, и я могу взять с собой ещё десятерых. Ну, кто со мной? Отплываем на рассвете.

Из толпы начали выбираться коты – первый, второй… Бара попыталась присоединиться к группе, но была остановлена грубым:

– А ты куда? Девчонки остаются здесь. До следующего корабля вы должны собрать весь, вы слышите, весь жемчуг вокруг острова – за дорогу придётся платить.

Коты встревожено заворчали. Вышедшие вперед добровольцы неуверенно затоптались на месте. Бальт, не обращая внимания на недовольство, продолжил:

– И главное. Совет храма категорически запрещает умирать в море.

Все слышали? Уже вторую луну мертвых приказано сжигать у статуи Баст, а пепел развеивать с вершины холма. Все архипелаги уже оповещены и согласны, что незачем поганить воду и привлекать морских хищников – они помешают добывать жемчуг.

Старая Кулга, застывшая перед толпой, неверяще воскликнула:

– Это же невозможно! А наши души – если они не уйдут в море, то кто же вернёт их обратно перерожденными? Как будут рождаться дети без души? Как без души будет жить море? Оно умрет, и мы вместе с ним.

Бальт усмехнулся: – Да сдалось вам всем это море. За десяток лун соберём весь жемчуг, и переберёмся в наш новый мир. А там – никакого моря. Поля, луга и простор.

Развернулся, бросил через плечо:

– Старые времена закончились. Мы ночуем на корабле, на рейде. К рассвету выберете тех, кто поедет со мной, и пусть подходят к пирсу. Ваш остров – последний, все остальные уже готовятся к переезду.

Кто-то в толпе гортанно завыл. Кулга сделала несколько шагов к статуе Мимира, пошатнулась и упала.

К ней бросились сразу несколько котов, попытались привести в себя, а когда не удалось – подняли и понесли в дом.

– Вряд ли доживет до рассвета, – горько сказала Бара, подняла взгляд на Мимира. – Как мы теперь будем жить? И как ты без нас…

***

Солнце ещё не показалось из-за горизонта, лишь одинокий бледно-голубой луч пробился через тяжелые тучи и безуспешно попытался прочертить на тёмных волнах хотя бы тонкую дорожку.