Давай сыграем в любовь

По традиции, неся службу в одном из гвардейских полков, он вместе с сослуживцами предавался развлечениям, на которые так щедра столица. Его часто видели в театре, он много времени уделял лошадям и охоте, более того, в свете говорили, что именно Рудольф прикрывал собой все увлечения императора балеринами и актрисами, вызывая праведный гнев императрицы Анны.

Благовоспитанной девушке не полагалось знать о таких вещах, но эрцгерцогиня перед отъездом намеками просветила дочь, что в династических браках каждый из супругов, выполнив свой священный долг, вправе иногда предаваться неким увлечениям, разумеется, если они остаются без особых последствий.

Некстати вспомнив эту слегка пространную речь, Амалия негромко рассмеялась и, заметив, что слегка отстала от лакея, предпочла ускориться, поскольку знала, что в анфиладах дворца можно блуждать часами.

Герда ждала ее в гостиной, сидя на стуле у окна. При виде госпожи она поднялась, отложила порванное кружево, которое намеревалась починить, и вопросительно посмотрела на девушку.

Та, не замечая ничего, прошлась по комнате, села в кресло и прикрыла лицо рукой, пытаясь собраться с мыслями. Служанка молчала, с сочувствием поглядывая на хозяйку. Она прекрасно понимала, что гибель жениха накануне оглашения помолвки оставит пятно на репутации девушки. Возможно, из-за слухов дочери эрцгерцога придется остаться старой девой и всю жизнь подчиняться сначала отцу, а потом брату.

– Мне предложили выйти замуж, – наконец глухо сказала Амалия.

 – Хотя правильнее было бы сказать, приказали…

Она знала, что поступает не совсем правильно, но Герда была с ней уже столько лет, а девушке было просто необходимо поговорить с кем-нибудь.

– Вот как? – изумилась та. Амалия обреченно кивнула:

– Да, принц Рудольф, вернее, он же теперь император, то есть он будет им… Как я понимаю, он единственный наследник…

Она подняла голову и посмотрела на служанку, та потрясенно молчала, поэтому девушка продолжила:

– Он уверил меня, что все договоренности между нашими государствами останутся неизменными.

– Думаю, ему все равно необходимо поговорить с эрцгерцогом, – аккуратно заметила Герда, даже не пытаясь скрыть радость. Амалия усмехнулась:

– Это лишь дело времени. Отец не станет упускать такую возможность… – она встала и покачала головой. – Ох, Герда…

Предательский всхлип, затем еще один. Амалия вновь рухнула в кресло, закрыла лицо руками, ее плечи затряслись от рыданий.