Богатые тоже зомби

Герасимов выразительно посмотрел на Галину, флегматично наблюдающую за его действиями, но та лишь пожала плечами, когда он извлёк из давно не опустошаемой корзины для мусора корешок журнала, выпотрошенного целиком. Судя по всему, осталась только эта обложка, а его содержимое благополучно перемешалось с медицинскими картами заражённых зомби-пациентов, тоже уничтоженными.

– Полиция написала в рапорте, что сервер больничной базы данных не работает. Я могу взглянуть?

Галина заперла за нами кабинет, которым явно не пользовались уже несколько дней – даже немытые чашки от кофе стояли на столе начальства, укоряя своим видом отсутствующего на месте секретаря.

Мы спустились в подвал, и обступившая нас тишина стала ощутимо более плотной. В тесной серверной обнаружилось оборудование, по которому будто вандалы прошлись – вырванные с мясом железки, торчащие повсюду провода.

– Так, понятно. А записи с камер видеонаблюдения где смотреть? Тоже тут?

– Данные с камер тут хранились, так что… Тоже ничего нет.

Совсем.

– Как удобно вышло!

– Чем ещё могу вам помочь? – Галина стояла в проходе, неторопливо постукивая пальцами по дверной коробке. Лицо каменное, очень бледное, почти как мел.

– В какое отделение поступали начальные зомби? В инфекцию?

– Да, но некоторые в хирургию.

– Отлично, покажите нам, где это.

В глазах Галины впервые мелькнуло какое-то сомнение, впрочем быстро пропавшее. Борисик, следовавший за нами по пятам и глазевший по сторонам с самым невозмутимым видом, вдруг очень внимательно посмотрел на неё и неожиданно громко заявил:

– Няня, я хочу домой.

– Мы скоро поедем, обещаю, – было видно, что он занервничал, даже губы начал кусать. Герасимов лишь хмыкнул.

Этаж с надписью «инфекционное отделение» был заперт, а когда Галина открыла замок и распахнула дверь, оттуда отчётливо потянуло затхлостью и чем-то скисшим.

В ближайшей палате мы нашли несколько заражённых, сидевших на кроватях и смотревших на нас молча, без всякого выражения, сквозь решётки своей защиты.

Впрочем, они внимательно следили за каждым нашим движением.

В следующих – то же самое. С первого взгляда можно было понять, что это не гастарбайтеры, которых мы ищем. Борисик старательно заглядывал за нами в палаты и отрицательно качал головой, повторяя: «Нет, это не они».

В конце коридора Герасимов чуть замешкался перед постом медсестры, а я инстинктивно обернулась, чтобы убедиться, что он рядом.