Я поживу еще немного

Описывая свои злоключения, я почувствовала, как меня волной накрывают тяжелые и колкие чувства. Один за другим всплывали эпизоды вчерашнего дня. К глазам подступили слезы. Я с трудом сдерживала себя, чтобы не заплакать. Мне вдруг стало очень тоскливо, и я замолчала.

Взглянув на доктора, я искала в ее глазах поддержку. Хотелось увидеть в ней ту же взволнованность, такую же злость на психолога и несуразных санитаров, удивление нелепостью всего происходящего, сочувствие…

Однако меня встретил спокойный взгляд, полный сосредоточенности и тепла.

Она совсем не удивилась, как будто слышала подобные истории несколько раз в день. Это меня смутило. Проснувшиеся внутри обида и злость подсказывали, что врач меня не поймет, ведь она такая же, как все, еще и обманет или предаст, как Маргарита Дмитриевна, что взрослым верить нельзя…

– Тея, а почему тебе жить не хочется? – немного погодя спросила Инна Андреевна.

– Я не знаю. Просто не хочется, и все, – пожимая плечами, печально ответила я.

Желания с ней говорить больше не было.

Я впилась глазами в пол, словно пытаясь спрятаться от дальнейших расспросов.

В воздухе повисло молчание. Образовавшаяся тишина еще больше угнетала меня. Я начала разглядывать свои тапки. У них был совершенно безобразный вид, а я это заметила почему-то только сейчас.

– Ты живешь в семье или в детском доме? – продолжила беседу Инна Андреевна.

– В семье, – охотно ответила я.

Благодарная за столь простой и безобидный вопрос, я немного оживилась.

– Ты где-то учишься?

– Да, в восьмом классе, а точнее – уже перешла в девятый, – гордо произнесла я.

Инна Андреевна по-прежнему держалась ровно и спокойно, вот только ее изучающий и пытливый взгляд куда-то исчез, как будто ей все уже стало ясно. Она вообще теперь меньше на меня смотрела и каждый мой ответ записывала.

Затем она стала называть одну за другой пословицы и просила объяснить их значение, а также давала задачки на логику. Мне понравилось их решать. Они показались мне настолько легкими, будто Инна Андреевна проверяла, умею ли я считать.

– М-м-м… Да ты умная девочка! – воскликнула врач. – Ну, может, ты и эту задачку решишь?

Ее комплимент меня очень подкупил и ободрил. После него хотелось выполнять ее задания еще и еще. С каждым разом задачки были сложнее и интереснее. Наконец одну из них мне решить не удалось. Тогда Инна Андреевна отложила свои бумаги, в которые она записывала все, что я говорила, и, озабоченно посмотрев на меня, попросила встать.