Я поживу еще немного

Душа у меня уходила в пятки, а в жилах холодела кровь от мысли о том, что сейчас произойдет…

Но времени на размышления больше не было. Дедушка мешкать не любил. Он ловко накинул петлю козе на шею и одним взмахом руки перекинул другой конец веревки через балку, которая служила для укрепления крыши.

– Крепко держи! Натяни на себя! Сильнее! Смотри, не отпускай! – командовал дедушка.

Я с усердием выполняла его указания. Как только натянули веревку, коза начала пронзительно визжать. От неожиданности я растерялась.

У меня скользили руки. Мне казалось, что веревка вот-вот порвется. Этот визг резал уши и наводил ужас.

Когда коза повисла на веревке, дедушка вонзил ей в горло нож, а затем ловко распорол грудину.

Мне хотелось закрыть глаза, отвернуться, но я словно застыла. Глаза козы были наполнены ужасом. На миг мне показалось, что я вижу в ее глазах свое отражение. У меня подкосились коленки, но от этого я стала держать веревку еще крепче. Коза пыталась бороться, металась, судорожно дергала конечностями.

Однако она быстро ослабла, а через некоторое время в ее застывшем и устремленном в никуда взгляде больше не отражалось ни ужаса, ни растерянности. Несчастная захлебнулась собственной кровью.

Когда все закончилось, мое волнение исчезло. А на смену ему пришло другое чувство, незнакомое мне раньше. Мной вдруг овладело холодное безразличие к происходящему. И, по мере того как остывала кровь в теле этого несчастного животного, во мне тоже что-то остывало. Нечто такое, что уже невозможно будет отогреть.

Часть меня умерла и улетела бесследно вместе с душой этой козы.

Я плохо помню, как мы снимали с мертвой козы шкуру. Я машинально подставляла тазики, выбрасывала отходы и подавала дедушке все, что он просил. А когда ко мне вновь вернулись чувства и ощущение почвы под ногами, дедушка уже ловко отделял органы животного друг от друга и бросал их в разные ведра. На его темном и сухом морщинистом лице, казалось, ни одна мышца не дернулась. Он выглядел спокойным и сосредоточенным, словно занимался чем-то привычным.

И все. На этом закончилось наше «дело». Но мои мучения только начались. Этой ночью я долго не могла уснуть. Из головы не выходил образ козы, которая захлебывалась своей кровью…

После этого события меня словно подменили. Я сильно похудела. Замкнулась в себе. Моя смелость куда-то пропала. Я стала трусливой и вздрагивала от малейшего шороха. Несколько недель я жила, не говоря ни слова.