Конфликт интересов

– Привет, меня зовут Яна.

– Красивые ноги, Яна, – на автомате делаю комплимент, потому что больше похвалить особо нечего.

Грудь и губы – заслуга пластического хирурга, ресницы и кожа – косметолога, ногти – мастера маникюра, тонкая талия – наверняка диетолога или спортзала. Да, пожалуй, за фигуру можно похвалить ее родителей и ее саму… с натяжкой, потому что залом тут все же не пахнет. А вот ноги – да, они хороши. Жаль, что облачены в такое мини, что, когда она обходила стол, чтобы присесть рядом, я видел нижние дольки ее задницы.

Не вставляет. Не потому, что я чопорный. А потому, что мне уже не двадцать, чтобы бросаться на обнаженку. Хочется интриги. Нет, даже не так. Интр-р-риги. А с ней у меня сейчас дефицит, потому что телефон надежно спрятан в кармане джинсов по причине появления свидетелей преступления.

– Спасибо, – выдыхает она мне в ухо, обдавая его сладким запахом какого-то девичьего коктейля.

– Так значит, вы адвокаты? – спрашивает блондинка, которую беззастенчиво под столом тискает Роман, думая, что никто не видит, как двигается его рука.

– Адвокаты, – отвечает он.

– Прямо все трое?

– Прямо все.

– И работаете вместе?

– Мы много чего делаем вместе, – понижая голос, говорит мой друг, а взгляд девушки становится расфокусированным.

Мне хочется смеяться. Когда Рома соблазняет очередную девицу, он превращается в змея, который оплетает ее своими скользкими кольцами, и шипит в ухо так, что она плывет. Потом ему остается только потуже стянуть эту удавку – и жертва готова, заглатывай – не хочу.

Я нервничаю, потому что телефон в кармане уже пятый раз вибрирует, и я знаю, почему. Потому что Кошечка прислала мне снимок своей руки, а я сгораю от нетерпения – так хочу посмотреть на нее. Мы общаемся всего две недели, но каждый день. Сначала это были аккуратные диалоги, потом она понемногу начала раскрываться. Я как будто каждый день снимаю с нее одежду слой за слоем, наслаждаясь тем, как в темноте ночи она остается обнаженной.

Я хочу знать каждую ее фантазию, даже самую развратную. Ту, которую она никогда никому не озвучит и не напишет. Только мне. И сейчас – в вечер пятницы – самое время для игр по-взрослому. Только вот эта вся компания мешает.

Я отрешенно слушаю разговоры, односложно отвечаю на попытки Яны заговорить, пару раз деликатно сбрасываю ее руку со своего колена. В итоге не выдерживаю и встаю.

– Скажи, что ты идешь в уборную.