Азбука спасения. Том 63

Посему то, что не можем подражать совершенно, да не отвращает нас от того, что для нас возможно, но наипаче великим да представляется нам то, что удостоены мы, хотя отчасти, соделаться подражателями Божию образу.

Если все имена, усвояемые Божественному и чистому естеству, превышают меру человечества, то всего приличнее для нас уподобляться Божеству в возможном и сообразном с нашею природою. Что же это такое? – Смиренномудрие.

Преподобный Максим Исповедник

Твердое и верное основание надежды на обожение для естества человеческого есть вочеловечение Бога, в такой мере делающее человека богом, в какой Сам Бог соделался человеком.

Ибо явно, что Соделавшийся без греха человеком может обожить и естество без преложения его в Божество, в такой мере возвысив его до Себя, в какой Сам смирил Себя человека ради.

Святитель Иоанн Златоуст

Мы можем уподобиться Богу тем, если будем любить всех

Мы уподобляемся Богу тогда, когда делаем правду, показываем человеколюбие, бываем добрыми и кроткими, оказываем милосердие к ближним, упражняемся во всякой добродетели.

Как нам сделаться подражателями Христу? – Делая все для общего блага и не ища своего.

Тому, кто истинно хочет следовать Богу, нужно отрешиться от уз житейских привязанностей, а это совершается чрез удаление и забвение старых привычек.

Ничем ты не можешь столько подражать Христу, как попечением о ближних; постишься ли ты, спишь ли на земле, изнуряешь ли себя, но если ты не печешься о ближнем, то не делаешь ничего важного, и при всем том еще далеко отстоишь от образца.

Мы можем уподобиться Богу тем, если будем любить всех, даже и врагов, а не тем, если будем совершать знамения.

Кто желает быть подобным Богу, пусть будет, по силе человеческой, кротким и смиренным, и пусть благородно переносит, когда будет терпеть что-либо ужасное от посторонних.

Преподобный Никита Стифат

Желающий вкусить божественной сладости отстает от всякого мирского чувства

Богоподобия, сколько оно для нас доступно, невозможно улучить ревнителю, если он наперед теплыми слезами не смоет приразившейся к нему тины греховной и не прилепится к исполнению святых заповедей Христовых.

Иначе невозможно ему сделаться причастником неизреченных Божиих благ. Ибо, желающий умно вкусить божественной сладости всецело отстает от всякого мирского чувства и душу свою всю занимает созерцанием отложенных святым благ.