Кулинарная книга лентяйки-3. Праздник по жизни

– Замечательно выглядит, – принялся хвалить меня Пашка, – о, ты ее на кусочки разделала и снова сложила!

– Да, – опустив глаза, подтвердила я, – решила, что так будет удобнее.

Ну не рассказывать же правду:

«Милый, тушка стукнулась об пол и поэтому развалилась».

Резать птицу на столе при гостях довольно трудно. Но я в полной мере оценила фразу Мананы о том, что все неприятности к лучшему. Чуть-чуть помятая дичь легко подчинилась ножу, и мой жених расцвел от радости. Антонина Сергеевна тоже выглядела удовлетворенной, она пожевала кусочек утки и отметила:

– Очень мягкая.

– Ароматная и нежная, – решила я набить себе цену.

– Мам, она еще пироги печет, – соврал Пашка, – хозяйка хоть куда.

– А что вы кладете в птицу? – заинтересовалась его маменька.

– Яблоки, – начала я загибать пальцы, – соль, перец.

– А в макароны? – не успокаивалась она, орудуя вилкой в тарелке.

– Я их просто отварила, – призналась я.

– Без добавок? – задала следующий вопрос Антонина.

Я насторожилась, голос гостьи звучал странно.

– Бросила в воду специи, – солгала я.

– И все?

– Что-то не так? – спросила я, замерев от ужаса.

– Нет-нет, – интеллигентно сказала дама, – я исключительно из любопытства интересуюсь. Если вы варили макароны без добавок, то как в них попало это?

Я перевела взгляд на вилку, которую Антонина Сергеевна подняла над своей тарелкой, и лишилась дара речи. С нее свисал темно-коричневый шнурок, явно от ботинка Аркашки. Очевидно, сгребая впопыхах с пола спагетти, я случайно прихватила и шнурок.

– Это что? – вытаращил глаза Паша.

– Не знаю, – трусливо ответила я.

– Шнурок! – голосом трубадура, возвещающего о казни преступника, возвестила Антонина Сергеевна.

– Ну надо же! – всплеснула я руками, – какой только ерунды в пакет не положат! Вчера я нашла в гречке гвоздь. Ха-ха-ха!

Будущая свекровь поджала губы, а я наивно решила, что мне удалось свалить вину на безответственных производителей, и успокоилась, а зря. Просидев еще полчаса и не притронувшись к еде, Антонина Сергеевна вдруг воскликнула:

– Господи, совсем забыла! Меня ждут дела!

Как Пашка не останавливал мать, та выбежала в прихожую, стала надевать туфли и вдруг сказала:

– Что там такое скользкое?

По моей спине пробежал холодок, дама наклонилась и вытащила из своей лодочки… веточку кинзы.

Пашка испепелил меня взглядом, я прикусила губу, чтобы подавить истерический смех.

– Дорогой, – обратилась мать к сыну, – проводи меня до метро.