Лицо – наше все

Наденьте ветхое одеяние на симпатичного атлета или фигуристую женщину с лучистыми глазами, и одежду просто перестанут замечать! То же и с внутренним содержанием, которое может как раздражать, так и вызывать искреннее восхищение. В этом и кроется главная жизненная загадка, и чтобы стать по-настоящему красивым, кому-то нужно стать более смелым, кому-то требуется поумнеть, а кому-то напротив – поглубже упрятать свои мысли и знания (реально пугающие и отталкивающие). Одним вместо ухода за кожей лица стоит заняться фигурой, голосом, походкой, развитием каких-либо иных качеств, другим – самое время научиться видеть и слышать окружающих, стать к ним внимательнее и добрее, обрести умение по-человечески улыбаться.

В данном случае я хочу лишь сказать, что мы не провидцы, и никто не знает своего идеального образа, как не знает и своего точного будущего. Во времена оккупации Парижа союзными войсками – в дни финальной войны с Наполеоном Бонапартом 18-летний Сергей Муравьев-Апостол как-то зашел в салон знаменитой гадалки Ленорман.

«Погадайте мне, мадам, – попросил он. И гадалка со вздохом ответила: «Увы, вас повесят». На что Муравьев-Апостол самоуверенно возразил: «Я дворянин, мадам, а в России дворян не вешают!» Ответ прозвучал еще более обескураживающе: «Для вас, дорогой мой, император сделает исключение». История тут же разлеталась среди офицеров, и, желая узнать подробности, в салон к Ленорман заглянул Павел Пестель. Вернувшись, он со смехом объявил: «Гадалка явно выжила из ума. Видимо, боится всех русских, что заняли ее родной Париж. Она и мне предсказала веревку с перекладиной…» Спустя двенадцать лет в числе других декабристов оба офицера были повешены по указу царя Николая I.

Но я не о виселицах, я о внешности и ее связи с судьбой, о счастье, которое мы частенько профукиваем или ищем вовсе не там, где оно таится. То же самое можно сказать о красоте, которую нередко мы не замечаем, проходя мимо, а главное – не видим ее в себе, тратя бездну усилий на второстепенные, а то и вовсе ненужные вещи.

Красота спасет мир, – говаривал Федор Михайлович Достоевский, только я бы изменил временную ипостась, поскольку красота не спасёт, она реально спасает мир – ежесекундно, на протяжении веков и тысячелетий. Весь мир и каждого из нас в отдельности. Более того, по мнению многих выдающихся умов, самой по себе красоты не существует, и к ней просто жизненно необходимо добавить человека, способного ее оценить.