Лестница к самому себе

– Вы совсем не жалеете своего сына! Вам наплевать на него что ли? – говорил врач, практически переходя на крик, и я сходила с ума от мучающей меня совести одновременно с желанием срочно придумать что-то, вылечить сына и вывести его из этого замкнутого круга, где ему предстояло прожить скучную безрадостную жизнь, просиживая в каком-нибудь душном офисе и трясясь над своим здоровьем.

Новый диагноз звучал еще ужаснее – бронхиальная астма. Наиря поставили на учет, как астматика, и я видела, как он мучается от безысходности.

Неужели он сломался? Неужели не захочет идти дальше и побороть болезнь?

Выйдя из больницы, я поставила сыну жесткие условия: он не будет тренироваться, а я помогу ему избавиться от астмы.

– Как мерзко стоять на учете, как старик, – жаловался мне Наирь, и я его понимала, но приходилось идти на поводу у болезни.

Нам выдавали спреи от астмы, которые снимали удушье. Ребенок ночью не дышал, а свистел, и я не находила себе место. Что я сделала не так? Когда упустила момент, в который образовалась болезнь, переросшая в такую беду? Ведь любая болезнь – это следствие каких-то психологических проблем.

Где-то я прочитала, что астма – это подавленные эмоции, страх показать слабость, зависимость от тех, кто сильнее. Так и было – Наирь постоянно держал себя в руках, равняясь на меня и не давая выразить себе истинные чувства. В этом и была моя вина – я учила его быть сильным, но решила попробовать ослабить хватку и дать сыну больше свободы.

Поначалу неважная аллергия, переросшая в серьезное заболевание, теперь казалась мне подсказкой на будущее – отпустить сына и перестать требовать от него идеальных результатов, дать ему выбирать и говорить открыто.

Он выходил из дома и шел практически на носочках, но ему хотелось бегать. Я видела, как ему плохо без спорта, но он без напоминаний принимал все лекарства и старался сдерживать желание вновь начать тренироваться. Почему-то лучше не становилось, и я поняла, что все, что я видела, было показухой, а в школе Наирь носится, как угорелый, с мячом.

И тут я взорвалась, дав волю эмоциям:

– Наирь, если тебе плевать на себя, и ты не хочешь вылечиться, ты превратишься в калеку, которого будут кормить с ложки! И так и будешь свистеть и никогда не будешь играть в футбол!

Я практически кричала. Наирь плакал, и в душе я радовалась – он наконец выпустил эмоции наружу и рассказал мне все, о чем думает. Мы хорошо поговорили.