Древняя душа. Драконы и Падшие

Еще какое доброе!

– Отлично выглядишь! – близко подходить не стал, но я и отсюда учуять могу – успел заскочить в душ. Представляю, с какой скоростью Горан мылся, чтобы так быстро прийти! С губ сорвался смешок. – Хорошее настроение? – он осторожно подошел ближе и меня окутал его парфюм – надежные древесные нотки, властные мазки мускуса и чувственный шлейф с горчинкой – аромат такой же, как и сам Драган.

– Ага! – я кивнула, утопая в глазах, в которых чертенята отрывались по полной, и тоже сделала шаг вперед.

Мужчина облизнул пересохшие губы и убрал руки за спину. Это тебе не поможет, дорогой! Нравится дразнить жену, да? Отлично, давай поиграем в «я не такой, я жду трамвая!» Посмотрим, сколько ты выдержишь!

– Ты завтракала? – голос Горана был хриплым.

– Нет. Так голодна – со вчерашнего вечера, кто бы знал! – промурлыкала я, бессовестно строя глазки. – Покормишь?

– Разумеется. – Он стиснул зубы, заходили желваки.

– Тогда бери колыбель и идем. – Было несложно пройти так близко, чтобы задеть его.

От меня не укрылось, как мужчина жадно втянул воздух. Ох уж эти их дворянские заморочки, понятия о чести и прочее! Мазохизм сплошной! – Так ты идешь? – уточнила я, обернувшись у двери.

– Иду. – Прорычал он и двинулся ко мне, бормоча под нос, – Господь, дай сил!

Говорят, кухня – женская сцена. Что ж, наша уютная кухня с деревянной мебелью и белыми каменными столешницами помогла мне начать спектакль. Как приличная девочка, я уселась за стол, и с удовольствием начала кушать кашку с изюмом – медленно, ложечку за ложечкой отравляя ее в рот.

Горан, сидевший напротив, стоически за этим наблюдал. Кружка кофе, который он пил, стучала время от времени о его зубы.

Но этого бессовестной супруге оказалось мало. Я попросила фруктов и закатила глаза, застонав, когда сочная вишня лопнула во рту терпко-сладким вкусом. Следом пошел виноград, а потом и клубника. Побледневший Драган поставил чашку на стол и снова стиснул зубы. Его стойкость уже начала меня обижать! Ну уж нет! Тогда повысим градус!

Я встала и медленно подошла к нему.

Он оглянулся на дверь, но сбегать было поздно – супруга уже стояла между его широко разведенных коленей.

– Безумно вкусные! – мои пальчики с зажатой вишней приблизились к его рту. – Попробуй! – вишенка скользнула внутрь его рта. Мягкие губы замерли на моих пальцах куда дольше, чем требовалось. Стон Горана заставил застонать и меня. – Вкусно, да? – прошептала я, уже практически прижимаясь к нему.