Лунная волчица, или Ты попал, оборотень!

– Как только окажешься на земле, беги! – говорит он. – Понял, сын?

– Да, папа. А вы?

– А мы следом побежим, щеночек мой! – торопливо заверяет мама и вздрагивает, услышав грохот на первом этаже.

– Цепляйся, – отец ставит ребенка на подоконник, – труба выдержит твой вес, ползи вниз. Живо!

Он цепляется и ползет. Ножки вскоре касаются земли. Надо бежать, как велено. Но голова сама запрокидывается, хочется увидеть родителей. А вот и они, силуэты в сиянии.

– Беги, сын! – вновь следует приказ отца.

– Выживи, малыш, – шепчет мама.

Окно закрывается. Задергивается штора. Становится совсем темно.

Холодно.

Страшно.

Слышны приглушенные крики. Вспышки. Так в кино бывает, когда плохие дяди стреляют.

Ноги дрожат, он отступает назад, пока не падает в кусты. Мокро. Это канава. Инстинкт приказывает погрузиться в вонючую воду так, чтобы только голова торчала наружу.

Хлопают двери. Во двор выходят люди. Много чужих, очень много. Надо сидеть тихо.

– Ищите мальчика, пять-семь лет ему. – Голос зазвучал так близко, что все тело свело ужасом. – Трупы сжечь.

Вот он, тот, кто говорит. Высокий, худой, с нависающим над губами носом-картошкой.

Глаза мальчика впитывают эту картинку, она навсегда болью выжигается в подсознании, сплавляясь с тем именем, которое мама называла дрожащим шепотом – Роберт Андреев.

Тот, кто убил папу и маму малыша, повзрослевшего за ночь на целую жизнь.

Утром из канавы выберется совсем другой человек.

Который возьмет себе имя Андрей – чтобы никогда не забывать о том, кого должен найти и убить.

А сначала – отобрать все, что ему дорого, заставить корчиться от боли и холода, как было когда-то с маленьким мальчиком, который разом потерял все.

***

Я замер, получив от памяти удар под дых. Глаза напряженно следила за моим врагом. Он подошел к Лии. Она улыбнулась ему и заявила:

– Благословение получено!

Гости зааплодировали. Но шум стих, когда какой-то качок опустился перед девушкой на одно колено и спросил:

– Ты выйдешь за меня замуж, Лунная волчица?

Она замерла.

Глаза наполнились слезами. Ну, притворщица! Ночью без зазрения совести скакала на мне, а сейчас спектакль устроила, растроганность демонстрирует! А вот и бисеринки слез катятся по щекам. Оскар в студию!

С трудом сдержал рычание, рвущееся из груди.

– Так ты согласна? – спросил жених, явно начав нервничать.