Раненое сердце демона

– Не спорю с его боевыми заслугами, – брат кивнул, но потом скривился, – но ты отлично знаешь, что более хитроумного змея не найти! Он умелец появляться в нужный момент сражения и всю славу потом приписывать себе!

Патор есть Патор, всегда скажет правду, как есть. За что и приблизил к себе. Льстецы и подпевалы мне не нужны. Лишь те, кому можно довериться полностью, повернуться спиной, не опасаясь заполучить украшение в виде клинка между лопаток. А этого ершистого парня знаю с детства, ему еще тогда доставалось за честность.

Я плеснул вина в новый кубок и подошел к окну.

– Так что прикажешь по расстановке сил? – брат проследил за мной взглядом.

Хороший вопрос, даже отличный. Посмотрел на темноту у замка, полную маленьких огоньков и больших пятен от яростно полыхающих костров, у которых грелись воины. Сейчас у замка расположились мои основные силы, но этого мало против армии повстанцев. Слишком многие кланы даонов перешли на их сторону в последнее время.

Мне вовсе не нравится эта тенденция.

Разброд и шатания были всегда, нашему виду свойственная тяга к власти и войне. Но обычно кланы выпускали пар, нападая на тех, с кем враждовали. Чаще всего затевалась склока с соседями – при помощи вовремя подвернувшегося повода в виде залетевшей девицы, угнанного скота или охоты на чужой территории.

Кассар, Повелитель даонов, смотрел на такие провинности сквозь пальцы. Редко кто получал реальное наказание за небольшую стычку. Девицы выдавались замуж, скот возвращали с уплатой повинной подати вдвое против цены скотины, по охоте ограничивались публичными извинениями.

Да и если честно, до Кассара дело доходило редко, только если главы клана никак не могли договориться сами.

Но сейчас все изменилось. Даоны будто взбесились. Как если бы каждого точил изнутри червячок сомнения в том, достаточно ли ему власти, земель, денег. А тут как раз донельзя не вовремя из всех щелей повылезали повстанцы. Их вопли с требованием передела угодий легли на благодатную почву.

Потому и переходят кланы на их сторону один за другим. И остановить это не получается.

Надо было раньше – давить недовольство в зародыше. Но Кассар медлил, будто ждал, что проблема рассосется сама. Я опасался, что это из-за понимания шаткости его положения. После того, как супруга Мелита сбежала с новорожденной дочерью, оставив напоследок Пророчество-проклятие, Повелителю даонов так и не удалось восстановить свой авторитет.