Катись, демон! или Заветное желание

А потом дети появляются якобы недоношенные, аж месяца на три! Как недавно у дочки горшечника было!

Фуу, какая мерзкая тетка! Настоящая попкозябра подколодная! Теперь уже и я покраснела.

– Не обижай девочку, – вмешалась Пенни. – Она не из таких!

– Да знаем мы этих скромниц, не защищай!

– Нина, угомонись! – повысил голос Уильям.

– А что не так сказала?

– Пока я глава этой семьи, Изи в ней обижать не будут! – его тон был ледяным, как дыхание зимы.

– Кстати, об этом, Уильям, – пропела Нина.

– Скажу, что более желчной девицы во всем Норштадте не сыскать!

– Я всего лишь прямо спрашиваю о том, о чем другие не решаются! – Злюка вздернула нос, который любила, похоже, совать во все дела, которые ее не касаются.

– Поэтому и не нашлось дурака, который тебя замуж бы взял, – пробурчала тетушка Пенни и все остальные захихикали.

– Тетя! – Нина подпрыгнула, будто ее кто-то ужалил прямо между полупопий.

– Что? – та развела руками. – Заруби на своем длинном носу, женщине полезно уметь иногда вовремя закрыть рот! И лишнего не скажешь, и талия узкой останется!

– Кто бы говорил! – злюка ткнула пальцем в ее тарелку, седьмую булку уж уплетаете!

– Ты что, считала? – Пенни поперхнулась.

– Бежим! – шепнул Вилли, подхватив меня под локоть.

– Но это же первый завтрак, я должна произвести должное впечатление! – пожаловалась, когда мы выскользнули в коридор.

– Еще немного, и моя семейка произведет на тебя такое впечатление, что ты и знать меня не захочешь! – кивнул в сторону гостиной, где разгорался скандал. – Слышишь? Это часа на два!

– И то верно!

– Опять раскудахтались! – сказал Уильям, тоже выйдя в коридор. – Прости, Изи, не особо удался первый завтрак. Не принимай близко к сердцу, пожалуйста.

– Мне все понравилось, – я улыбнулась ему.

– Кроме Нины, – добавил Вилли, помогая мне надеть плащ.

– Конечно, только вздремну чуток. А вы заберите с собой все, что наготовили, продайте на ярмарке. Приюту пригодятся деньги. Особенно сейчас, – добавил он и устало вздохнул.

– А что случилось? – мое сердце закололо неприятным предчувствием.

– Ничего, Изи, жизнь есть жизнь, идет своим чередом, – он будто через силу улыбнулся.